Глава 4: Глава 4 Сокровище в глиняных сосудах; Настойчивость

Мне интересно, знаете ли вы что-нибудь об этом; интересно, приводил ли вас когда-либо Дух Божий к осознанию вашей собственной врождённой греховности, вашей вины, вашего потерянного состояния, и не только вашего потерянного состояния, но и вашей полной беспомощности. Интересно, открывал ли вам когда-либо Бог Своего благословенного Сына, в Котором «обитает вся полнота Божества телесно» (Колоссянам 2:9), Который пришёл по благодати с высот славы на крест позора и там отдал Себя в выкуп за всех.

Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились. (Исаия 53:5)

Получив такую милость, какая ответственность теперь лежит на вас, чтобы возвестить ее другим. Апостол говорит не только о том, что мы можем назвать официальным служением церкви, о человеке, который провозглашает Евангелие с публичной трибуны, когда он говорит: «Как мы получили милость», но каждый христианин является объектом милости, и поэтому должен смело идти вперед, чтобы возвещать Евангелие благодати Божией другим. Мы теперь не боимся, мы не унываем, когда идем к людям, рассказывая о великой благодати для великих грешников.

С другой стороны, апостол Павел подчеркивает важность жизни по Евангелию. Он говорит: «Мы…отвергли скрытые дела бесчестия». Для нас это не просто интеллектуальное занятие. Дело не просто в том, что мы приходим к выводу, после процесса логического исследования, что Иисус Христос есть божественный, вечный Сын Божий, и исповедуем это как догматическое утверждение, но мы обратились к Нему сердцем, и обратившись к Нему, мы были избавлены от наших грехов, и мы отвергли те вещи, в которых когда-то жили, которыми когда-то гордились, — действия плоти, исполняющие желания плоти и разума. Крест Христов положил конец этим вещам. Иными словами, провозвестник Евангелия сам должен быть святым человеком, он должен жить той истиной, которую проповедует другим людям. «Мы…отвергли скрытые дела [позора], не поступая лукаво», не поступая коварно и не лицемеря. Нет ничего нереального, ничего, что не могло бы вынести света в нашем поведении, но есть только то, что может иметь одобрение Господа Иисуса Христа.

И не искажая слова Божьего.

Кто-то перевел это так: «И не торгуем Словом Божьим». Мы идем к людям и провозглашаем Евангелие, говоря им, что делаем это из любви к их душам. Как греховно, если, заявляя, что провозглашаю Евангелие из любви к душам людей, я, в конце концов, буду проповедовать его просто из любви к деньгам, которые могут ко мне прийти, потому что Христос сказал, что проповедующие Евангелие должны жить от Евангелия. Если я собираюсь посвятить все свое время проповеди Евангелия, необходимо, чтобы меня каким-то образом поддерживали, но если я сделаю это своей целью, если я выйду проповедовать, как будто просто выполняю что-то, за что ищу временную поддержку, тогда я лицемер и обманщик, я обращаюсь с Божьей истиной так, как будто это масло, яйца и бакалея. Апостол говорит, что мы не должны этого делать. Павел мог бы быть богатым человеком, если бы он пошел по пути, к которому его готовили в ранней жизни. Он мог бы быть одним из самых широко признанных профессоров в Иудее. Он предпочел стать нищим, чтобы выйти и проповедовать Христа, и он был даже готов работать своими руками, делая палатки, когда это было необходимо для поддержания себя и своих спутников. Проповедь Евангелия была поручением, данным ему воскресшим, прославленным Господом, и он мог сказать:

Горе мне, если не благовествую.

Не искажая слова Божия, но явлением истины представляя себя совести всякого человека пред Богом.

Я знаю, что можно проповедовать Евангелие и говорить совершенно истинные вещи, но при этом жизнь, стоящая за словами, противоречит переданному посланию. В таком случае нет настоящей силы. Сила Слова обретается, когда человек ходит с Богом в общении со Святым Духом. Я молился тысячи раз и осмеливаюсь молиться снова, зная, что Бог может взять меня на слове, если я потерплю неудачу,

О Боже, не дай мне когда-либо проповедовать Евангелие без чистой совести и силы Святого Духа.

Попытаться сделать это — значит лишь насмехаться над Богом и над людьми, за которых умер Христос.

Явлением истины представляем себя совести всякого человека пред Богом.

Удивительно то, что можно проповедовать это Евангелие, и при этом люди не понимают его; оно, кажется, не привлекает их. В третьей главе мы читаем, что когда читают Моисея, есть некие, кто ослеплен, и они не могут видеть, что он говорит о Христе. Но то же самое верно и в Новом Завете. Вы можете проповедовать его, люди могут сесть за Новый Завет и внимательно прочитать его, и все равно оно кажется туманным, кажется, что над ним лежит завеса. Как вы это объясните? Разве Евангелие тогда не яснее, чем послание Ветхого Завета? Как вы объясните очевидную завесу, которая висит над сердцами людей, когда они читают или слышат Евангелие? Он объясняет это нам, говоря:

Если же и закрыто [или сокрыто] благовествование наше, то оно закрыто [или сокрыто] для погибающих, в которых бог века сего ослепил умы неверующих, чтобы для них не воссиял свет славного благовествования Христа, Который есть образ Бога.

бог этого мира, или бог этого века, есть Сатана. Это прекрасное выражение для него. Господь Иисус назвал его «князем мира сего», а теперь апостол Павел Духом Святым идет дальше и называет его «богом века сего». Дьявол — единственный бог, которого знают люди без Христа; они ведомы Дьяволом в плен его воле. Есть люди, которые даже отрицают его существование, но сам факт того, что они отвергают евангельскую весть, показывает, что они находятся под его властью.

Если наше Евангелие [завуалировано], то оно [завуалировано] для погибающих.

Говорите ли вы: «Я не понимаю; я слышал это всю свою жизнь, но это ничего не значит для меня; я слышал эти слова снова и снова и снова, но они не доходят до меня, они ничего не значат для меня»? Так ли это в вашем случае? Тогда позвольте мне сказать вам серьёзно, нежно, искренне: причина того, что вы погибли, погибли сознательно, по своей воле, заключается в вашем собственном грехе. Вот почему вы не можете ни увидеть, ни постичь красоту, драгоценность Евангелия.

Если же и сокрыто благовествование наше, то сокрыто для погибающих, у которых бог века сего ослепил умы неверующих, чтобы для них не воссиял свет славного благовествования о Христе, Который есть образ Бога.

Это Сатана держит вас в своей власти. Причина, по которой вы не можете поверить, в том, что вы не хотите верить. Если бы вы поверили, это означало бы осуждение тех вещей в вашей жизни, которые противоречат Слову Божьему. Если кто-то говорит: «Есть вещи в Библии, которым я не могу поверить», я могу сказать ему почему. Это потому что есть вещи в его жизни, которые Библия осуждает, и в которых он не желает каяться. Есть грехи, которые значат для него больше, чем Христос. Он предпочтет предаваться им, чем быть освобожденным от них. В тот момент, когда человек приходит к тому, что желает воли Божьей превыше всего, и говорит: «Я готов отречься от своего греха, чтобы быть освобожденным от него», у этого человека не будет никаких проблем с верой в Евангелие. Судите себя в присутствии Бога, и вы сможете поверить Ему. Взгляните в лицо своим грехам перед Богом, и не будет никаких трудностей с верой.

Кто-то сказал сэру Исааку Ньютону: «Сэр Исаак, я не понимаю; вы, кажется, способны верить Библии, как малое дитя. Я пытался, но не могу. Так много ее утверждений ничего не значат для меня. Я не могу верить; я не могу понять».

Сэр Исаак Ньютон ответил,

Иногда я захожу в свой кабинет и по рассеянности пытаюсь зажечь свою свечу, когда над ней гаситель, и я вожусь, пытаясь зажечь ее, но не могу; но когда я убираю гаситель, тогда я могу зажечь свечу. Боюсь, что гаситель в вашем случае – это любовь к вашим грехам; это преднамеренное неверие, которое в вас. Обратитесь к Богу в покаянии; будьте готовы позволить Духу Божьему открыть вам Его истину, и Ему будет радостно показать славу благодати Божьей, сияющую в лице Иисуса Христа.

Неверующие не желают этого знания, «чтобы для них не воссиял свет славного Евангелия Христа, Который есть образ Бога». В нашей Библии короля Иакова сказано: «Славное Евангелие». Это драгоценно, но это не совсем передает нам всю истину. Дело не только в том, что Евангелие само по себе славно, но Евангелие, которое мы проповедуем, это не земное Евангелие, но это Евангелие славы Христа. Христос там, во славе, по правую руку Бога, и от воскресшего, прославленного Христа исходит это послание примирения к грешным людям. Вот почему апостол говорит об этом так, как он говорит. Христос есть образ Бога, проявление Бога. Как же сатана хочет удержать людей от прихода в это место, и как Бог жаждет, чтобы люди познали Его, как Он открыт в Его Сыне.

Евангелие — это не просто философия. Что такое в конце концов человеческие философии? Философия — это воздействие разума на разум, попытка объяснить вещи логичным, разумным, человеческим способом, и чем сильнее разум говорящего, тем больше он впечатляет других людей и заставляет их думать так, как думает он. Люди полагаются на логику, риторику и красноречие, чтобы произвести впечатление на своих собратьев. Но не так было с апостолом Павлом. Он боялся, что просто человеческий разум может превзойти силу Евангелия, и поэтому сказал: «Не в премудрости слова» (1 Коринфянам 1:17). Людям нравится слушать прекрасные обороты речи, выраженные красивым языком, но дело проповедника Евангелия состоит не просто в том, чтобы достичь ума человека, но чтобы достичь его совести и его воли, и когда совесть человека пробуждена и его воля обращена к Богу, тогда его душа спасается через веру во Христа. Но это не результат человеческих усилий, это работа Святого Духа, и именно поэтому слуга Христа должен полностью полагаться на Духа Божьего.

Обратите внимание, как апостол заканчивает этот раздел.

Ибо мы проповедуем не себя, но Христа Иисуса Господа; а себя — рабами вашими ради Иисуса.

Он не мог сказать более простыми словами: «Мы не пытаемся привлечь внимание к себе, мы не хотим, чтобы результатом нашего служения было то, что люди будут ходить и говорить: „Какой замечательный проповедник Павел! Какой красноречивый человек Аполлос! Какой чудесный увещеватель Симон Петр! Как прекрасны эти люди!“» Я часто испытывал стыд за глупые вещи, которые благонамеренные люди говорили, представляя служителей Христа аудитории. Они так много говорят о человеке, так много рассказывают о его способностях и достижениях, хотя только силой Святого Духа он может что-либо делать. Мы никогда не должны забывать, что важен Спаситель и Слово, которое Бог использует силой Святого Духа. Поэтому Павел говорит: «Мы проповедуем не себя», мы не хотим привлекать внимание к себе. Подобно Иоанну Крестителю, мы говорим: «Ему должно расти, а мне умаляться» (Иоанна 3:30). «Мы проповедуем… Христа Иисуса Господа», и только когда Он возвышен, мужчины и женщины благословляются. Только когда Он возвышен, грешники спасаются. Но что же проповедник?

Мы — рабы ваши для Иисуса.

Вот и всё; просто «ваши слуги ради Иисуса».

Ибо Бог, повелевший из тьмы воссиять свету, Сам воссиял в сердцах наших, чтобы просветить нас познанием славы Божией в лице Иисуса Христа.

В самом начале Бог взирал на мир хаоса, окутанный ночью, и Дух Божий носился над водою, и сказал Бог: «Да будет свет. И стал свет», и Тот, Кто «повелел свету воссиять из тьмы, озарил наши сердца, дабы просветить нас познанием славы Божией в лице Иисуса Христа». Это наше служение — привести всех людей к тому, чтобы они увидели красоту Христа, чтобы они увидели, что «ибо в Нем обитает вся полнота Божества телесно» (Колоссянам 2:9), что Он поистине свет жизни.

Я услышал голос Иисуса, говорящий, >"Я Свет этого темного мира; >Взгляни на Меня, твой рассвет взойдет, >И все твои дни будут светлы." >Я взглянул на Иисуса и нашел >В Нем мою Звезду, мое Солнце; >И в этом свете жизни я буду идти, >Пока дни странствий не закончатся.

Вы видели «славу Божию в лице Иисуса»?

Нынешнее испытание и будущая слава (2 Коринфянам 4:6-18)

потому что Бог, повелевший из тьмы воссиять свету, озарил наши сердца, дабы просветить нас познанием славы Божией в лице Иисуса Христа. Но сокровище сие мы носим в глиняных сосудах, чтобы преизбыточная сила была приписываема Богу, а не нам. Мы отовсюду притесняемы, но не стеснены; мы в отчаянных обстоятельствах, но не отчаиваемся; мы гонимы, но не оставлены; низлагаемы, но не погибаем. Всегда носим в теле мертвость Господа Иисуса, чтобы и жизнь Иисусова открылась в теле нашем. Ибо мы живые непрестанно предаемся на смерть ради Иисуса, чтобы и жизнь Иисусова открылась в смертной плоти нашей, так что смерть действует в нас, а жизнь в вас. Но, имея тот же дух веры, как написано: я веровал и потому говорил, и мы веруем, потому и говорим, зная, что Воскресивший Господа Иисуса воскресит через Иисуса и нас и поставит пред Собою с вами. Ибо все для вас, дабы обилие благодати тем большую во многих произвело благодарность во славу Божию. Посему мы не унываем; но если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется. Ибо кратковременное легкое страдание наше производит в безмерном преизбытке вечную славу, когда мы смотрим не на видимое, но на невидимое: ибо видимое временно, а невидимое вечно. (ст. 6-18)

Стих, с которого мы начали наше чтение, очень ясно связан с первой главой Книги Бытия. Вы помните, мы читали: «В начале сотворил Бог небо и землю». Некоторые люди воображают, что мы, кого обычно называют «фундаменталистами», верим, что это произошло примерно в 10 часов утра в 4004 году до н.э. Мы не верим ни во что подобное. Я ещё никогда не встречал фундаменталиста, у которого было бы такое грубое представление о времени сотворения.

Мы верим, что когда бы ни произошло сотворение, сколько бы миллионов или миллиардов лет назад это ни было, именно Бог привел все в бытие – "В начале сотворил Бог небо и землю". Мы не знаем точного состояния земли в то время, за исключением того, что в Исаии 45:18 нам сказано, что "Он образовал ее не безвидною, сотворил ее для жительства". Земля, как Бог изначально ее сотворил, была абсолютно совершенной, но второй стих Бытия говорит нам, что "земля была безвидна и пуста". Что-то случилось с тем первым творением; произошло падение, случилась какая-то великая катастрофа, и поэтому мы имеем состояние, изображенное во втором стихе. Поэтому Бог снова начал трудиться, чтобы обустроить эту землю, дабы она могла стать сценой, на которой разыгралась бы чудесная драма искупления.

Нам сказано, что «Дух Божий носился над водою. И сказал Бог: да будет свет. И стал свет». Заметьте две вещи: Дух Божий носился — Бог говорил. «Откровение слов Твоих просвещает» (Псалмы 119:130). Мы думаем о человеке как о находящемся в очень похожем состоянии, как и при том падении. «Бог сотворил человека правым» (Екклесиаст 7:29), но он пал и потерял одежду славы. Мы говорим: «Нужда — мать изобретений», и первым изобретением был фартук из смоковных листьев. Осознав свою наготу, Адам сделал себе фартук из смоковных листьев. Через грех человек впал в это хаотическое состояние, но Бог собирался действовать, чтобы вывести его из него. Человек во тьме, он потерян и несчастен, и в его искуплении задействованы две великие вещи: во-первых, носительство Святого Духа над душой человека, ибо никто никогда не был спасен без действия Святого Духа. Вторая вещь — это весть Евангелия. «И сказал Бог: да будет свет. И стал свет». И здесь мы читаем,

Бог, Который повелел свету воссиять из тьмы, воссиял в сердцах наших, дабы дать свет познания славы Божией в лице Иисуса Христа.

И вот мы, к кому пришел этот свет, мы, уверовавшие в евангельскую весть, были выведены из природной тьмы в этот дивный свет Божий через Евангелие.

Апостол теперь показывает, что нам доверено это послание, чтобы нести его бедным, заблудшим людям. Мы сами всего лишь немощные, грешные создания, отнюдь не совершенные, но имеющие совершенного Спасителя, чтобы провозглашать, и совершенное спасение, чтобы проповедовать. И поэтому он говорит,

Мы имеем сие сокровище в глиняных сосудах [он имеет в виду наши тела], дабы превосходство силы было от Бога, а не от нас.

Я думаю, вы видите, что здесь имеется в виду битва во дни Гидеона, когда его небольшая армия из трехсот человек окружила огромный стан мадианитян. Каждому из этих воинов был вверен глиняный сосуд, и в этом сосуде был свет, какая-то лампа. Гидеон велел воинам окружить стан и делать все, что делал он, и вот в назначенное время он воскликнул: «Меч Иеговы и Гидеона!» — и разбил глиняный сосуд, и свет воссиял. В тот момент, когда он это сделал, все остальные поступили так же, и мадианитяне вскочили на ноги, подумав, что их окружает огромная армия. Они почувствовали, что нет никакой надежды, и в своем смятении в темноте начали убивать друг друга, и таким образом армия Гидеона одержала победу. Это была великая победа, одержанная необычным способом. Вот что такое каждый христианин: глиняный сосуд со светом внутри. Вам и мне был вверен славный свет Евангелия. Мы когда-то были во тьме, но теперь находимся во свете Господа. Чтобы свет воссиял из сосуда, он должен быть разбит. Знаете ли вы, почему некоторые люди, которые знают Евангелие интеллектуально, никогда не приводят ни одной души ко Христу? Это потому, что глиняный сосуд никогда не был разбит, они никогда не были смирены и повержены в присутствии Бога. Можно знать все о пути жизни и при этом никогда не передавать свет другим, потому что этот человек никогда не был разбит в присутствии Бога.

Мы имеем сие сокровище в глиняных сосудах, чтобы преизбыточная сила была от Бога, а не от нас.

Сосуду нечем хвалиться; это свет совершает всё.

Апостол думает особенно о себе и о своих соработниках, когда он говорит,

Мы отовсюду притесняемы, но не стеснены.

Нам, кому было вверено славное служение Евангелия, понимаем, что нам следует ожидать скорбей.

Мы в недоумении,

часто мы едва знаем, куда нам повернуть. Но мы не отчаиваемся, потому что мы уверены, что наш благословенный Господь понимает, и мы ждем слова от Него.

Гонимые, но не оставленные.

Пусть мир презирает и покидает меня, >Они оставили и моего Спасителя, >Человеческие сердца и взгляды обманывают меня, >Ты не таков, как они, неверный.

«В мире, — говорит Господь Иисус, — будете иметь скорбь; но мужайтесь; Я победил мир» (Иоанна 16:33). Наш воскресший, прославленный, торжествующий Спаситель поддерживает каждого из Своего гонимого, страдающего народа.

Всегда носим в теле мертвость Господа Иисуса.

Это просто означает, что мы, христиане, ежедневно предаемся смерти; то есть, сила Евангелия Иисуса Христа проявляется в нашей повседневной жизни. Господь Иисус говорит: «Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Матфея 16:24). Если бы вы жили в те дни, когда Господь произнес эти слова, и увидели отряд солдат, идущих по дороге, и человека посреди них, несущего крест на своих плечах, вы бы сказали: «Этот человек идет на смерть». Очень хорошо, «Это то место, которое Я хочу, чтобы вы заняли для Меня», – говорит наш Господь. «Потерявший душу свою ради Меня сбережет ее» (Матфея 10:39). Займите это место для Меня, возьмите крест и следуйте за Мной. Что бы ни случилось, вы просто должны быть покорны, даже до смерти, чтобы прославить Меня. В этом мы и славимся.

Всегда нося в теле смерть Господа Иисуса.

В другом месте апостол говорит: «я ежедневно умираю» (1 Коринфянам 15:31). Интересно, страдал ли и претерпел ли когда-либо какой-либо служитель Христа больше, чем апостол Павел. Но он радовался всему этому, потому что, когда он страдал ради Иисуса, жизнь Иисуса проявлялась в его смертном теле. Люди могли смотреть на него и говорить: Вот как Христос хотел бы, чтобы мы жили. И поэтому мы с вами призваны проявлять жизнь Господа Иисуса Христа.

Мы, живущие, всегда предаемся смерти ради Иисуса, чтобы и жизнь Иисуса явилась в нашей смертной плоти. Итак, смерть действует в нас, а жизнь в вас.

Он говорит, видите ли, как слуга Христа, который был сокрушен, чтобы свет мог сиять, чтобы осветить помраченные сердца тех коринфян. Мы были отданы на скорби, испытания и преследования, чтобы свет мог сиять через нас для погибающего мира. Так было и с Господом Иисусом Христом. Он сказал: «Если пшеничное зерно, пав в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода» (Иоанна 12:24), и тот же принцип применим к Его слугам. Если вы хотите быть полезными Господу Иисусу Христу, вы должны быть готовы занять место смерти.

Я полагаю, это был Артур Т. Пирсон, который, посетив Джорджа Мюллера, спросил его: «Мистер Мюллер, не могли бы вы рассказать мне секрет вашей великой работы и тех чудесных дел, которые Бог совершил через вас?»

Господин Мюллер на мгновение поднял глаза, а затем всё ниже и ниже склонял голову, пока она не оказалась между его коленями, и он помолчал мгновение или два, а затем сказал,

Много лет назад наступил день в моей жизни, когда умер Георг Мюллер. Будучи молодым человеком, у меня было очень много амбиций, но наступил день, когда я умер для всего этого, и я сказал: «Отныне, Господи Иисусе, да будет не моя воля, но Твоя», и с того дня Бог начал действовать во мне и через меня.

Генерал Бут выразил это по-другому. Дж. Уилбур Чепмен сказал ему: «Не расскажете ли вы мне секрет великой работы, которую вы совершили?»

Он сказал, в своей прямолинейной манере, глядя прямо в лицо Доктору Чапману своим орлиным взглядом,

Доктор Чапман, когда я был семнадцатилетним юношей, я решил, что Бог должен получить всего Уильяма Бута.

Вот оно что! Когда я прихожу к тому месту, где я покончил со своими собственными амбициями, когда я могу сказать: «Ничего от себя, но всё от Тебя», я понимаю, что имеет в виду Павел, когда говорит о «ношении в теле мертвости Господа Иисуса».

Посему смерть действует в нас, а жизнь в вас. Но, имея тот же дух веры, как написано: я веровал и потому говорил, и мы веруем, потому и говорим.

Ни один человек не может жить той жизнью, о которой говорит Павел, если он верой не увидел Господа Иисуса Христа, Воскресшего там, наверху. Кто захочет отождествлять себя с мертвым Христом? Но Христос воскрес, и, веруя, мы говорим о великом торжестве веры.

Зная, что Тот, Кто воскресил Господа Иисуса, воскресит и нас Иисусом и представит нас с вами. Ибо все это для вас, чтобы обильная благодать через благодарение многих преумножилась во славу Божию. Посему мы не унываем; но хотя внешний наш человек и тлеет, внутренний же обновляется день ото дня. Ибо кратковременное легкое страдание наше производит для нас в безмерном преизбытке вечную славу.

Обратите внимание на множество поразительных контрастов в этих стихах. Сначала обратите внимание на контраст между гибелью и обновлением.

Посему мы не унываем; но если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со дня на день обновляется.

Внешний человек погибает. Как хорошо мы это знаем! Что такое внешний человек? Это физический человек, тело, и многие из нас осознают, что внешний человек погибает. Нет той упругости в шаге, что была раньше, нет той физической силы, что была когда-то. Мы устаем гораздо легче, чем несколько лет назад. Мы не помним вещи так хорошо, как когда-то. И некоторые из нас заметили очень странную вещь относительно памяти. Мы можем очень ярко вспоминать то, что происходило в наши ранние годы; мы помним мелкие происшествия детских дней, мы помним людей, которые были добры к нам в те дни, и некоторые из нас так и не смогли забыть тех, кто был очень недобр к нам. Мы очень ярко помним переживания наших ранних школьных дней и многие из наших ранних духовных переживаний, время, когда Бог говорил нашим юным сердцам, испытания, через которые мы прошли, а затем момент решения, когда мы приняли Христа. Эти вещи мы помним очень хорошо, но испытываем большие трудности, вспоминая, что произошло вчера. Мы даже возвращаемся домой со встречи, и кто-то спрашивает: «Была ли это хорошая проповедь?»

И мы говорим: «Я думаю, что так и было; да, вполне разумно».

Ну, какой был текст?

«Ну, ей-богу, забываю», и мы не можем это вспомнить. Память играет с нами всякие странные шутки. Да, внешний человек тлеет, но «внутренний человек обновляется изо дня в день».

Внутренний человек — это дух, душа, настоящий человек, возрожденный силой Святого Духа. Тело становится все слабее и слабее, но внутренний человек становится все сильнее и сильнее. Чем ближе мы приближаемся к небесам, тем реальнее становятся для нас драгоценные вещи Господа. Я думаю, картина Буньяна очень прекрасна. Он видел престарелых святых, лежащих на берегах реки жизни в земле Бьюла, и они время от времени могли видеть проблески славы небесного града. Иногда они могли на самом деле видеть сияющих существ с другой стороны, а иногда им казалось, что они даже слышат голоса святых и их песни хвалы. Я думаю, что престарелые многое об этом знают. Божьи святые, которые жили для Него на протяжении многих лет и теперь очень приблизились к концу этой жизни, уже, кажется, слышат звуки и видят образы из того небесного града, куда они направляются; и будьте уверены, что эти вещи будут становиться все более и более реальными для вас, чем ближе вы будете приближаться к концу.

Вечером будет светло.

Наше легкое страдание, которое лишь на мгновение, производит для нас намного превосходящий и вечный вес славы.

И вот снова мы видим яркий контраст; во-первых, контраст между скорбью и славой. Вы познали много скорбей, идя по своему пути. Вы не прожили свою жизнь, не зная множества испытаний и страданий; вы не могли не познать страдания, утраты и разочарования. Бывают времена, когда текут слёзы. Но теперь Бог противопоставляет скорби, которые вы познали здесь, внизу, славу, которая грядёт вскоре, и если скорбь угнетала ваше сердце, как же слава переполнит вас, когда вы будете дома со Христом.

Он говорит о страдании как о «легком страдании», но о славе как о «тяжести» славы. Вы иногда чувствовали, как будто ваше страдание было очень тяжелым, но оно не имеет никакого реального веса по сравнению с грядущей славой. Поэтому, если страдание кажется очень тяжелым, когда Бог называет его легким, вы можете получить некоторое представление о славе, которая нас ожидает. Он говорит: «Наше легкое страдание, которое лишь на мгновение». Не кажется, что это было всего лишь «на мгновение». Я разговаривал с дорогой святой, которая более двадцати лет сидела в инвалидном кресле, и я сказал: «Хорошо знать, что Господь грядет, и тогда все эти беды закончатся».

“О, да,” сказала она, “но это так долго, это длилось так долго. Интересно, когда же это наконец закончится.”

Казалось, это было долго, но он говорит, что это лишь на мгновение. Предположим, кто-то провел всю свою жизнь в этом мире в страданиях и дожил до семидесяти, восьмидесяти или девяноста лет; в конце концов, что это по сравнению с вечностью? «Мы проводим лета наши, как звук» (Псалмы 90:9). Наши годы проходят как «стража в ночи» (Псалмы 90:4).

Наше легкое страдание…лишь на мгновение.

Но обратите внимание, что нас ждет по ту сторону.

Наше легкое страдание, которое лишь на мгновение, производит для нас гораздо более превосходящую и вечную славу.

Как сильно он это выражает! Это дает некоторое представление о том, что грядет, каким оно будет впоследствии, когда земные испытания останутся позади и мы наконец-то будем во славе с Господом Иисусом.

Тем временем,

Мы смотрим не на видимое, но на невидимое: ибо видимое временно, а невидимое вечно.

Нам не следует быть занятыми видимыми вещами настоящего, но мы должны стремиться быть занятыми тем, что невидимо, ибо это, в конце концов, и есть подлинные, вечные вещи. То, чего не видел ни один человеческий глаз, — это то, что пребывает. Когда всё, на что смотрит глаз, исчезнет, у нас будет Христос, у нас будет небо, у нас будет Святой Дух, у нас будет любовь Отца, у нас будет общение с народом Божьим на всю вечность, когда суетные тени земли пройдут.