Глава 2 открывается приветствием Павла и Тимофея святым и верным братьям в Колоссах, подчеркивая апостольство Павла как непосредственно исходящее от воли Божьей. Текст поясняет, что власть Павла, а также Тимофея, была божественно установлена, а не дарована человеческими руками. Далее объясняется, что «святые» относятся ко всем верующим по божественному призванию, которые затем несут ответственность за то, чтобы жить свято, а «верные братья» обозначают тех, кто искренне верит.
Павел, апостол Иисуса Христа по воле Божией, и Тимофей, брат наш, святым и верным братьям во Христе, находящимся в Колоссах: благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа. (ст. 1-2)
Тринадцать посланий в Новом Завете начинаются с имени Павел. Четырнадцатое послание, относительно авторства которого ведутся значительные споры, тем не менее, общепринято как написанное той же рукой, а именно, Послание к Евреям. Но первое слово этого послания — Бог. Тринадцать, начинающиеся со слова Павел, адресованы либо церквям среди язычников, либо отдельным верующим, которые были на полной церковной основе.
Павел был апостолом язычников, и как таковой он превозносил свое служение. Он не был апостолом евреев. Если, следовательно, он был тем, кто был избран написать это чудесное раскрытие ветхого и нового заветов, как я твердо верю, то вполне соответствовало его апостольству среди язычников то, что его имя должно было быть скрыто. Один лишь Христос был апостолом и пророком нового завета, как Моисей и Аарон были таковыми для ветхого, и поэтому первое слово Послания к Евреям — это просто Бог, но Бог, говорящий в Своем Сыне.
В этом Послании к Колоссянам, как и в Послании к Филиппийцам, Павел упомянул Тимофея вместе с собой в приветствии. Связь между этими двумя людьми Божьими, несмотря на значительную разницу в возрасте, была очень подлинной. Тимофей обратился во время служения Павла в Листре, и во время следующего посещения Павлом того же региона братья воспользовались случаем, чтобы от всего сердца рекомендовать ему этого молодого человека, как того, в ком проявлялись заметные духовные дары, и кто демонстрировал значительный талант, и поэтому, по их мнению, был пригоден для служения Слову.
По их совету Павел взял Тимофея с собой на служение после того, как старейшие братья торжественно возложили на него руки, поручив его Богу для этого особого служения. На протяжении последующих лет Тимофей показал себя во всех отношениях надёжным и преданным. Его бескорыстная забота о благополучии народа Божьего и его верная привязанность к своему человеческому руководителю очень сильно расположили к нему почтенного апостола. Похоже, Тимофей даже сопровождал Павла или же последовал за ним в Рим и либо разделял его заключение, либо находился поблизости, делая всё возможное, чтобы облегчить страдания апостола, а также служа среди римских верующих. Поэтому здесь он связывает молодого проповедника с собой, когда посылает свои приветствия святым в Колоссах.
Павел приписывал свое апостольство непосредственно воле Божьей. Именно Он открыл Христа как ему, так и в нем, и отделил его для служения, поручив ему провозглашать непостижимые богатства благодати среди язычников. Было бы абсурдно предполагать, что возложение рук церкви в Антиохии, как упомянуто в Деяниях 13:0, даровало какую-либо власть Варнаве или Павлу, поскольку они уже некоторое время были признанными тружениками в Евангелии. Это просто выражало, как и в случае с Тимофеем, общение местной общины. Именно Святой Дух послал их и рукоположил их.
Пиша также Галатам, Павел использует схожие выражения и заявляет, что он апостол не от людей и не через людей. Это принцип далеко идущего значения в связи с работой служения. Всякий раз, когда люди осмеливаются что-либо добавлять к божественному призванию или наделять властью служителя Христа, они узурпируют место Святого Духа. Максимум, что может сделать любое «возложение рук», это выразить соучастие в служении.
Во втором стихе христиане в Колоссах названы «святыми и верными братьями». Первое выражение указывает на божественный призыв; второе – на человеческий отклик. Именно Бог называет Своих искупленных святыми, однако католики и многие протестанты в целом заблуждаются относительно значения этого термина. Для первой категории святой – это особо святой человек, проявляющий великую преданность или обладающий чудотворными способностями, и ему в календаре посредников приписывается избыток заслуг или добродетели, которые могут быть присвоены другими. Для многих, кто заявляет о большем просвещении, святой – это тот, кто одержал победу в борьбе с грехом и был триумфально принят на небеса. Поэтому они говорят о христианских усопших как о «канонизированных».
Но библейское понимание совершенно иное. Самый отъявленный грешник Богом провозглашается святым в тот момент, когда он полагается на Господа Иисуса Христа, "Который предан за грехи наши и воскрес для оправдания нашего." Таким образом, мы святые по призванию, а не главным образом по делам. Однако нам следует быть осторожными, чтобы не отрывать практическую сторону от доктринальной. Будучи святыми, мы теперь обязаны жить свято. Иными словами, мы должны на практике осуществлять то, что Бог уже доктринально провозгласил истинным о нас. Мы не становимся святыми, проявляя святые добродетели; но поскольку мы святые, мы должны взращивать святые характеры. Это, конечно, делается в общении с Богом, в послушании Его Слову, когда мы ходим в силе Святого Духа.
Второе выражение, «верные братья», не подразумевает, как я полагаю, никакого превосходства над первым, и эти два термина не указывают на два класса верующих. «Верные братья» — это на самом деле братья, которые верят; как мы читаем в другом месте: «Верующие благословляются с верным Авраамом». Это можно перевести либо так: «Те, кто имеет веру, благословлены с верным Авраамом», либо так: «Те, кто верит, благословлены с верующим Авраамом». Существует намеренная связь между этими двумя терминами. Все истинные христиане, следовательно, являются верующими или верными братьями. Если кто-либо исповедует себя Христовым, но не верит Его Слову, они лишь показывают себя неистинными и неверными своему исповеданию.
Ибо написано,
Приходящий к Богу должен верить, что Он есть, и что Он воздаёт тем, кто усердно ищет Его.
И снова нам говорят,
Если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики.
Обычное апостольское приветствие следует. «Благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа». Благодать — это свободная, незаслуженная милость Божья. Это даже больше, чем просто это. Это милость вопреки заслугам. Когда мы заслуживаем совершенно противоположное, Бог изливает на нас Свою любящую доброту. Это и есть благодать. Тот, кто восседает на престоле благодати, призывает нас смело приходить, чтобы получать благодать и милость по мере возникновения ежедневных нужд. Какой святой не может не вторить словам гимна,
С тех пор как наши души познали Его любовь, Какие милости Он явил нам?
Мир здесь, конечно, мир Божий, охраняющий сердца Его народа в день зла. Это мир среди самых тревожных обстоятельств, потому что есть уверенность, что
любящим Бога, призванным по Его изволению, все содействует ко благу (Римлянам 8:28).
Итак, переходим к введению:
Благодарим Бога и Отца Господа нашего Иисуса Христа, всегда молясь о вас, услышав о вере вашей во Христа Иисуса и о любви ко всем святым, в надежде, уготованной вам на небесах, о которой вы прежде слышали в слове истины благовествования, которое пришло к вам, как и во всем мире, и приносит плод, как и у вас, с того дня, как вы услышали и познали благодать Божию в истине, как и научились от Епафраса, возлюбленного сотрудника нашего, который для вас верный служитель Христов, который и возвестил нам о вашей любви в Духе, (ст. 3-8)
Нам напоминает введение к посланию к Ефесянам, когда мы читаем эти слова, которые начинаются с выражения благодарности Богу и Отцу нашего Господа Иисуса Христа. Это представляет Бога в двойном качестве: как Творца и как Спасителя. Именно через Иисуса Христа совершается наше спасение. Услышав об обращении Колоссян, сердце апостола побудилось к молитве за них. Он пишет: «всегда молясь о вас, с тех пор как услышали». Для него узнать о том, что другие приходят ко Христу, неизменно означало, что его бремя молитвы увеличивалось.
Он чувствовал, как немногие люди когда-либо чувствовали, великую нужду в ходатайстве за народ Божий, ибо он хорошо знал страшное противодействие Сатаны, князя и бога этого мира, тем, кто уповает на Господа Иисуса Христа. Он осознавал преобладающую силу молитвы для поражения противника. Поэтому он преклоняется в присутствии Бога в усердной мольбе за тех, кого спасла благодать, и он говорит нам далее, о чем он молился; поэтому мы сейчас не будем на этом задерживаться.
Интересно заметить, как вера, любовь и надежда связаны вместе здесь, как и во многих других местах Писания. Порядок иной в 1 Коринфянам 13:0. Там, где он превозносит любовь, он ставит веру на первое место, надежду на второе, а любовь на последнее, как то, что пребудет, когда два других пройдут. Но здесь именно надежда завершает ту жизнь, которая начинается с веры, и эти двое связаны вместе любовью. Вера держится за крест. Надежда взирает на славу. Любовь — это сила, которая побуждает святого ввиду обоих.
Это была Божественная Личность, Которой они доверили свои души. Люди иногда беспокоятся, опасаясь, что их вера может быть не того качества или оказаться недостаточной для их спасения. Но важно заметить, что спасает не характер и не количество веры. Спасает Личность, в Которой покоится вера. Самая сильная вера в собственные усилия, или в церковь, или в религиозные обряды оставила бы душу навсегда погибшей. Но самая слабая вера во Христа, Который умер и воскрес, спасает навечно. Некоторые люди пытаются сделать Спасителя из своей веры, но только Христос есть Спаситель, а вера — это лишь рука, которая простирается к Нему.
Затем он говорит о любви, которую они питали ко всем святым. Это поистине драгоценно и является доказательством как божественной природы, дарованной при новом рождении, так и обитания Святого Духа. Это сама природа новорожденной души – любить не только Бога, но и тех, кто рожден от Него. Эта любовь не знает никаких сектантских ограничений, но объемлет весь народ Божий.
Надежда устремлена в будущее, поэтому он говорит о надежде, которая хранится на небесах, и об этом они узнали из слова истины Евангелия. Никто не ценит Евангелие в полной мере, если упускает блаженную надежду на возвращение Господа, чтобы принять Свой народ к Себе в дом Отца. Это радостное завершение жизни верующего, полной веры, любви и надежды. Смерть никогда не предстает перед верующим как его надежда — но всегда это возвращение Господа, которого он должен ждать.
Евангелие — это благая весть от Бога о Его Сыне, и поэтому, когда оно проповедуется в полноте, оно обязательно включает провозглашение Его истинной безгрешной человечности, Его Божественности, Его девственного рождения, Его заместительной жертвы, Его славного воскресения, Его нынешнего пребывания в качестве Ходатая и Первосвященника по правую руку Бога на небесах, и Его грядущего пришествия, чтобы царствовать в силе и праведности, когда все Его искупленные будут соединены с Ним. Все эти драгоценные истины включены в слово истины Евангелия.
В стихе 6 мы узнаем, что это Евангелие, даже во дни Павла, было разнесено до самых концов земли. Та же весть, что достигла Колосс, была проповедана по всему миру, как также заявляет стих 23. И куда бы ни пришло это великое Евангелие креста, оно приносило плод во хвалу и славу Бога в тех, кто верил в него. Крайнее безрассудство — искать плода до того, как душа обретет мир, или ожидать свидетельства спасения в жизни до того, как в Евангелие поверят. Спасение целиком по благодати. Человеческим усилиям в нем нет места вовсе. И не спасаемся мы делами Духа внутри нас, производящими тот девятикратный плод, упомянутый в Галатам 5:0. Мы спасаемся делом Христа за нас, делом, совершенным полностью вне нас самих, и в котором мы не принимали никакого участия, кроме совершения грехов, которые привели Спасителя на крест.
Один старик правильно выразился, когда сказал,
Я сделал свою часть, а Бог — Свою: я грешил, а Бог спасал. Я пустился бежать от Него так быстро, как только мои грехи могли унести меня, а Он погнался за мной, пока не настиг меня!
Другие могли бы выразить это более элегантно, но никто не смог бы рассказать это более ясно.
Евангелие — это весть, в которую нужно верить, а не свод предписаний или кодекс законов, которым нужно подчиняться. Оно от веры, чтобы было по благодати — «не от дел, чтобы никто не хвалился». Но в тот момент, когда в эту весть верят, она производит новую жизнь в душе, и Дух запечатлевает верующего, приходя обитать в нем. Это неизменно приносит драгоценный плод для Бога. И это колоссянские верующие показали на собственном опыте с тех пор как услышали и познали благодать Божию в истине. Заметьте, что слова в стихе 6, «из него», лучше опустить.
Не через апостола Павла весть была принесена в Колоссы, как мы уже заметили. Насколько нам известно, он никогда не посещал этот город как вестник креста. В этом послании он говорит о тех, чьих лиц он не видел во плоти. Им проповедовал Евангелие другой преданный человек Божий, по имени Епафрас. Павел с любовью называет его «нашим возлюбленным соработником» и заявляет, что тот был верным служителем Христа. Его выдающейся чертой, как видно из 4:12, было усердие в молитве. Как благословенно, когда верная проповедь и усердная молитва идут рука об руку! Увы, как часто они разлучены!
В стихе 8, как мы видели, мы находим единственное упоминание о Святом Духе, которое встречается в этом послании. Уже отмечалось, что когда истина о Христе, Главе церкви, ставится под сомнение, или когда Сатана стремится что-либо вставить между душой и Христом, Бог даже не будет занимать святых личностью или делом Духа, чтобы, занимаясь субъективной истиной, они не упустили из виду великие объективные истины. Так что здесь упоминание о Духе лишь мимолетно. Он просто упоминает тот факт, что Епафрас рассказал Павлу и его соработникам об их любви в Духе. Это было драгоценным свидетельством счастливого состояния этих дорогих молодых христиан, так недавно вышедших из язычества со всеми его мерзостями.
Итак, будучи общиной, посвященной имени Господа Иисуса Христа, они характеризовались той любовью, которую Дух изливает в сердца тех, кто рожден от Бога. Это имеет первостепенное значение. Притворяться великой ревностью по истине единого тела, не проявляя при этом любви Духа, значит делать акцент не на том. Доктринальная правильность никогда не искупит недостатка братской любви. Для Бога, Который Сам есть любовь по Своей природе, гораздо важнее, чтобы Его народ ходил в любви друг к другу, чем чтобы они доблестно отстаивали установленные формы истины, какими бы библейскими они ни были. «Истинуя в любви» (что правильно передает мысль Ефесянам 4:15) — это больше, чем отстаивание формул. Это проявление истины в жизни любви к Богу и к тем, кто Его, а также к бедным заблудшим грешникам, за которых умер Христос.
Посему и мы с того дня, как услышали, не перестаем молиться о вас и просить, чтобы вы исполнились познанием Его воли во всякой мудрости и духовном разумении, чтобы поступали достойно Господа, во всем угождая Ему, принося плод во всяком добром деле и возрастая в познании Бога, укрепляемые всякой силой по могуществу Его славы, для всякого терпения и долготерпения с радостью, благодаря Отца, Который сделал нас способными быть участниками наследия святых во свете, Который избавил нас от власти тьмы и перевел нас в Царство возлюбленного Сына Своего, в Котором мы имеем искупление Его кровью, прощение грехов. (ст. 9-14)
Этот раздел напоминает нам о молитвах апостола за ефесян, как записано в главах 1 и 3 того послания. Есть нечто очень ценное и чрезвычайно поучительное в том, чтобы таким образом иметь возможность разделять мысли и замечать прошения, возносимые апостолом Павлом за народ Господа в различных обстоятельствах. Его глубокая забота об их возрастании в благодати, их просвещении в божественных вещах, их постижении цели Божьей и проявлении духовной силы в жизни — все это очень ярко проявляется, когда он преклоняет колени перед Богом и Отцом нашего Господа Иисуса Христа. Он не был доволен тем, чтобы знать, что люди оправданы и, следовательно, спасены для вечности.
Им руководило искреннее желание, чтобы каждый понял надежду своего призвания, дабы жизнь и поступки соответствовали ей, и чтобы они помнили, что они здесь, чтобы представлять Христа, их воскресшего Главу. Это составляло бремя его молитв. Сомнительно, чтобы какой-либо просто человеческий писатель когда-либо смог дать столь же полезные советы для нашей собственной молитвенной жизни, какие придут к нам в нашем размышлении над этими различными прошениями.
В стихах 9-11 изложены определённые благословения, о которых он молится. В стихах 12-14 есть другие, за которые он благодарит. Очень важно различать эти вещи, то есть чётко понимать привилегии и благословения, которые не могут быть утрачены, потому что они подтверждены нам Богом во Христе с того момента, как мы уверовали в Того, Кто умер, чтобы даровать их нам. Дополнительные благословения, о которых нам нужно молиться ежедневно, и относительно которых должно быть постоянное упражнение души, чтобы мы не упустили их и не насладились ими. Многие верующие терпят неудачу, не различая эти два класса благословений.
В некоторых кругах почти каждая публичная молитва будет завершаться примерно так: «Молим Тебя, прости нам наши грехи и омой нас кровью Иисуса. Прими нас в Царство Твоё, дай нам Духа Твоего Святого, и спаси нас наконец ради Христа, Аминь». Однако каждое прошение в этой молитве уже даровано верующему во Христа! Бог простил нам все согрешения. Мы очищены кровью Иисуса. Он уже перевёл нас из царства тьмы в Царство Сына Своей любви. Он запечатлел нас Своим Святым Духом, ибо «если кто Духа Христова не имеет, тот и не Его». И мы спасены навеки с того момента, как мы верим в Евангелие.
Поэтому мы гораздо скорее могли бы восклицать ликующе в вере: «Мы благодарим Тебя за то, что Ты простил все наши грехи, и омыл нас от всякого пятна в крови Агнца. Ты ввел нас в Свое Царство, дал нам Своего Святого Духа, и спас нас для вечности».
Вера говорит «Аминь» тому, что Бог провозгласил истинным в Своем Слове. Продолжать молиться о благословениях, которые, как Он говорит нам, уже наши, — это самый тонкий вид неверия, и это лишает нас наслаждения, которое должно быть нашей долей, если бы только у нас была вера, чтобы принять чрезвычайно великие и драгоценные обетования, которые наши во Христе.
Итак, давайте внимательно проследим за молитвой апостола, взвешивая каждую фразу и оборот. Он говорит: "[Я] молюсь за вас... чтобы вы исполнились познанием воли Его". Те, кто смущал колосских святых, хвалились своим превосходным знанием. Они разработали сложную систему мистического и совершенно воображаемого учения относительно подхода души к Богу через бесчисленное множество посредников, в сочетании с аскетическими предписаниями и законническими обрядами. В их глазах Евангелие, проповедуемое Павлом, было поистине простым, настолько, что они считали его детским представлением о философии вселенной, что было ребячеством для людей зрелого ума.
Но тот, кто знал это Евангелие во всем его величии, как немногие другие люди когда-либо знали его, говорит здесь о том, чтобы быть «исполненным познания воли Божией». Он использует превосходную степень вместо слова, которое очень любили гностики. Они хвалились Гнозисом — «знанием». Он говорит: Эпигнозис, что означает, буквально, «сверхзнание». Только в божественном откровении это находится.
Под этим термином, «познание Его воли», я не понимаю, что он имеет в виду лишь волю Божью для повседневной жизни отдельного верующего (хотя, несомненно, это было бы частью более полного понимания воли Божьей, как капля воды включена в океан), но под Его волей, я полагаю, он подразумевает чудесный план или замысел Отца, известный от вечности и ныне осуществляемый во времени, чтобы найти свое завершение в грядущих веках — «вечная цель Божья». Вот это поистине сверхзнание! Вот то, что умнейший человеческий интеллект никогда не смог бы постичь, помимо божественного откровения. И это откровение мы имеем в наших Библиях. Оно проходит через все Писание от Бытия до Откровения, предоставляя тему для благоговейного размышления и требуя усердного изучения и тщательного исследования людьми самых эрудированных умов и блестящих интеллектов, а также глубочайшего исследования со стороны самых духовных верующих. Но в нём также и неучёные, и несведущие христиане найдут постоянное наслаждение, если только позволят Духу руководить собой в исследовании Писаний, чтобы увидеть, так ли это на самом деле.
Итак, следующие слова подчеркивают важный факт, что истина познается не одним лишь интеллектом. Он молится, чтобы они постигли эти вещи «во всякой мудрости и духовном разумении». Мудрость — это способность правильно использовать знание, и она даруется Духом, и только Он дает истинное разумение. Поэтому, если мы хотим познать разум Божий, как он открыт в Его Слове, должно быть подчинение сердца Божественному Учителю, и то самоосуждение и недоверие к себе, которое ведет к смиренному хождению перед Богом; не в своеволии или эгоизме, но в смирении и кроткой зависимости от Того, Кто вдохновил Священное Писание, которое одно только может умудрить простых.
Затем мы узнаем в стихе 10, что если Бог открывает нам Свою истину, то это не просто для того, чтобы мы наслаждались чудесными вещами, которые Он открыл, но это Его желание, чтобы мы ходили в силе того, что Он нам открывает. Итак, молитва продолжается: «Дабы вы поступали достойно Господа, во всем угождая Ему». Мы можем поступать достойно Господа только тогда, когда мы знаем Его мысли. Изучение Его Слова и благочестивая жизнь всегда должны идти рука об руку.
Примечательно, что в Ефесянам 4:1 мы призываемся «поступать достойно [нашего] звания», или призвания, как члены тела Христова, тогда как в Филиппийцам 1:27 нам сказано поступать достойно Евангелия, которое мы оставлены в мире провозглашать. Затем в 1 Фессалоникийцам 2:12 нам велено «поступать достойно Бога» Самого, Который призвал нас в Свое Царство и славу. Наше хождение всегда должно быть в соответствии с истиной, открытой нашим душам. Итак, здесь мы должны поступать достойно Господа, Того, Кто является Главой нового творения, к которому мы теперь принадлежим.
Доктор Гриффит Томас указывает, что слово, переведенное здесь как «угодный», не встречается ни в одном другом отрывке Нового Завета, но используется в греческом языке в других местах для обозначения «предпочтения воли других своей собственной». Епископ Хэндли Моул перевел фразу: «К каждому предвосхищению Его воли».
Это поистине благословенно, когда воля Божия намного слаще нашей собственной воли, и мы находим радость в том, чтобы поступать так, как Он желает от нас, не для того, чтобы умилостивить Его, но чтобы принести радость Его сердцу. Однако большинство из нас так медленно усваивают, что единственное истинное счастье в жизни можно найти в исполнении воли Божией. Напрасно мы ищем удовлетворения, пытаясь поступать по-своему, пока наконец, подобно птице, измученной полетами о прутья своей клетки, мы не возвращаемся к воле Божией и не узнаем, что в ней разум и сердце находят совершенный покой.
О, мир, что даёт мой Спаситель; Мир, которого я никогда не знал прежде; И путь стал светлее С тех пор, как я научился доверять Ему больше.
Именно верующий становится плодоносным, поэтому он добавляет: «принося плоды во всяком добром деле». Или, возможно, лучше перевести: «принося плоды во всяком добром деле». Когда мы говорим о всяком добром деле, мы не должны думать просто о проповеди Евангелия, обучении Священному Писанию или участии в том, что иногда называют христианской деятельностью или церковной работой. Мы очень склонны поступать так и различать светскую работу и священную. Но нам нужно снова и снова напоминать, что всё в жизни верующего священно. Римская церковь различает семь таинств. Но каждый поступок христианина должен иметь сакраментальный характер, используя это слово в общепринятом смысле. Всё, что правильно и уместно для меня делать в любых обстоятельствах, я должен делать, имея единственной целью славу Божию, и поступая так, я буду приносить плоды Ему.
Свидетельство маленькой служанки, которая сказала:
Я знаю, что я обратился, и моя хозяйка тоже знает, что я обратился, потому что теперь я подметаю под ковриками,
обошло весь мир, и везде, где проповедуется это Евангелие, будет рассказываться в память о ней. Она была права, ибо даже в самых обыденных обязанностях она приносила плоды для Бога и стремилась прославить Его верным исполнением своих обязанностей, делая это не напоказ, как человекоугодница, но как угождающая «Богу, испытывающему сердца».
Затем следует: «Возрастание в познании Бога». Это больше, чем познание Слова Божьего, хотя, несомненно, одно ведет к другому, ибо Бог открыл Себя через Свое Слово. Но мы возрастаем в познании Бога, когда мы изо дня в день ходим с Ним, узнавая больше о Его любви и благодати, Его нежном сострадании, Его заботе о тех, кто уповает на Него; и также убеждаясь, насколько серьезно это — отклоняться от пути послушания и таким образом подвергаться жезлу исправления. Мы познаем Бога, когда ходим с Ним. Мы ходим с Ним, когда повинуемся Его Слову.
Мы знаем Его так, как не могли бы знать В золотые годы небес; Там мы увидим Его славное лицо, На земле они видели Его слёзы; Прикосновение, что исцеляет разбитое сердце, Никогда не ощущается там, наверху; Его ангелы знают Его блаженство, Его измученные святые — Его любовь.
Мы будем благодарить Его во всю вечность за каждое испытание на нашем паломническом пути, которое давало Ему новую возможность проявить Свою благодать и явить Свое сердце нам, Его нуждающимся людям, столь зависимым от Его силы и благодати.
Когда мы таким образом идем с Ним, мы будем укрепляться всякой силой по могуществу славы Его, и это «ко всякому терпению и долготерпению с радостью». Как много здесь того, над чем наши души могут хорошо поразмыслить? Это Он дает силу, давая всю необходимую мощь, чтобы мы могли преодолевать в любых неблагоприятных обстоятельствах, по могуществу славы Его. Где место для уныния, когда искушения и испытания окружают меня и, кажется, вот-вот одолеют меня, если я осознаю, что та же самая духовная динамика, та чудесная энергия, которая воскресила Христа из мертвых, действует во мне Духом, чтобы я был даже более чем победителем через Того, Кто любит меня!
Но мы могли бы предположить, что все это проявление божественной энергии приведет к созданию какого-то великого внешнего зрелища, которое поразило бы и изумило неверующий мир. Но нет, это «ко всякому терпению». Мне нужна эта динамическая сила, чтобы так держать плоть в подчинении, чтобы я мог терпеливо переносить все, что Бог в Своей мудрости сочтет нужным допустить для меня в этом мире-пустыне. И я не буду просто терпеть со стоическим смирением, как мог бы проявить даже языческий философ, но Бог желает, чтобы я терпеливо ждал Его и покоился в Его любви даже среди обстоятельств, сильно давящих на мою душу, с долготерпением, то есть с нежалующимся терпением. Но есть даже больше этого. В час испытания песня радости забьет ключом в сердце, где воля Божья превыше всего. И поэтому он добавляет: «С радостью».
Вот то, о чем плотской человек ничего не знает — радость во время испытаний; ликование во время трудностей; песни в ночи, хотя тьма и всепоглощающа; хвала Богу моего спасения, когда естество сжимается и трепещет. Именно так мученики могли радоваться на арене, будучи брошенными львам, или ликовать в Господе, когда пламя вздымалось вокруг них, пока они страдали на костре. И мириады страдальцев на протяжении всей христианской эры могли свидетельствовать о поддерживающей благодати Божьей, когда казалось, что дух вот-вот будет сокрушен. «Радость Господня — ваша сила».
Три следующих стиха резко контрастируют с теми, которые мы только что рассматривали. Теперь у нас благодарение вместо молитвы. Здесь всё позитивно и вечно установлено. Перечисленные благословения наши с того момента, как мы веруем в Господа Иисуса Христа, и абсолютно неотъемлемы. Молиться об этом значит бесчестить Бога, бросая тень сомнения на Его Слово. Обратите внимание на три "hath" и одно "have" в Библии короля Якова; слова, которые говорят о нынешнем обладании. Вера держится за такие свидетельства и радуется уверенности, что эти чудесные благословения должны быть наслаждаемы уже сейчас.
Сначала мы читаем: «Благодаря Отца, Который сделал нас способными быть причастниками наследия святых во свете». Это верно для каждого христианина, и нет степеней в этой божественной пригодности. Мы становимся способными быть причастниками нашего славного наследия в тот момент, когда мы очищены от наших грехов и получаем новую природу, которая даруется божественным действием, когда мы рождаемся от Бога. Как же отличаются мысли даже некоторых из лучших людей! Как часто мы слышим, как говорят о каком-нибудь преданном и пожилом верующем: «Наконец-то он готов к небесам». Но он был так же истинно готов к небесам в тот момент, когда принял Христа, как и в конце долгой жизни преданного служения. Готовность не зависит от опыта. Но в этой связи стоит помнить, что перед нами есть нечто большее, чем дом Отца, наследие святых во свете.
Важно, чтобы мы также имели в виду грядущее славное Царство. Во 2 Петра 1:10-11 нам сказано,
Итак, братья, тем более приложите все старание, чтобы ваше призвание и избрание было твердым: ибо, поступая так, вы никогда не преткнетесь, ибо так вам будет дарован обильный вход в вечное Царство Господа нашего и Спасителя Иисуса Христа.
Выражение «эти вещи» относится к различным христианским добродетелям, перечисленным в стихах 5-7. Именно благодаря этим вещам мы приспособлены для места в грядущем Царстве, но именно оправдывающая, возрождающая благодать Бога одна делает нас достойными нашего небесного наследия. Иными словами, важно различать спасение по благодати и награду за служение.
Далее мы читаем: «Который избавил нас от власти [или, державы] тьмы и ввел в Царство [Сына любви Своей]». Это иное царство, нежели то, о котором мы читали во 2 Петра. Это нынешняя сфера, где признается власть Христа, царство, которое мы видим и входим через новое рождение. Это царство состоит не из «пищи и пития, но [из] праведности, мира и радости во Святом Духе». Как рожденные от Бога, мы потеряли наше прежнее положение сынов падшего Адама в сатанинском царстве тьмы. Мы были выведены из тьмы в дивный свет детей Божьих, и именно здесь, конечно, возникает ответственность ходить как дети света. Дж. Н. Дарби однажды спросили: «Но предположим, что христианин отвернулся от света. Что тогда?» Он ответил: «Тогда свет будет светить ему в спину!» Как же благословенно видеть это. Мы во свете во всей ценности драгоценной искупительной крови нашего Господа Иисуса Христа, окропленной на престол благодати, самого престола Божьего, от которого исходит свет.
Наконец, мы читаем: «В Нем мы имеем искупление Его кровью, прощение грехов». Существует некоторый вопрос относительно авторитетности рукописи выражения «Его кровью». Лучшие редакторы обычно опускают его. Похоже, оно было вставлено из Ефесянам 1:7. Но это ни на мгновение не затрагивает истину, о которой мы говорили. Это лишь указывает на более полный характер искупления, которое совершается как кровью, так и силой. После того как кровь была пролита, всемогущая сила Бога делает искупление реальным для верующего, чьи грехи все прощены и кто был полностью изъят из тех обстоятельств, в которых он когда-то был подвержен суду Божьему. Когда душа размышляет над чудесными истинами, так лаконично представленными в этих трех стихах, сердце непременно устремится к Богу в поклонении, и жизнь будет отдана для преданного служения!
Позвольте мне подытожить, в заключение:
Эти блаженные уверенности, которые недвусмысленно говорят о нашей вечной безопасности, если мы однажды во Христе!
Который есть образ невидимого Бога, первенец всякого творения: ибо Им создано всё, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое, будь то престолы, или господства, или начальства, или власти: всё Им и для Него создано; и Он есть прежде всего, и всё Им стоит. И Он есть глава тела, Церкви: Он — начало, первенец из мёртвых, дабы во всём иметь Ему первенство. Ибо угодно было Отцу, чтобы в Нём обитала вся полнота, (ст. 15-19)
Мы имели перед собой Господа Иисуса как Сына Божьей любви, в Котором мы имеем искупление. Наше внимание теперь обращено к Нему как к Тому, Кто открыл нам Бога. Придя в мир человеком, Он есть образ невидимого Бога — того Бога, Который для гностика никогда не мог быть познан или понят. В Иоанна 1:18 нам сказано,
Никто никогда не видел Бога; Единородный Сын, Который в лоне Отца, Он явил Его.
Пять раз в Новом Завете Он назван Единородным, и этот ласковый термин всегда относится к тому, Кем Он является от вечности, без какой-либо мысли о рождении, связанной с этим. Он подразумевает единство в жизни и природе. Исаак назван в Послании к Евреям 11:17 единородным сыном Авраама — однако Измаил также был его сыном. Но связь между Авраамом и Исааком носила уникальный характер. И поэтому, как Единородный, наш Господь является уникальным Сыном, вечно таковым, ибо если Он не является вечным Сыном, то мы теряем и вечного Отца.
Бог существовал от всей вечности как три Лица – Отец, Сын и Святой Дух – но никогда не становился видимым для сотворенных глаз, будь то ангелов или людей, до тех пор, пока Святой Младенец не родился в Вифлееме. Сын был столь же истинно невидимым Богом, как Отец или Дух, до воплощения. Тогда Он был видим ангелам, а позже и людям. Будучи таким образом рожденным от Бога от девы-матери без какого-либо человеческого отца, Он есть Сын Божий в новом смысле. И именно как таковой Он признается Отцом как первенец всякого творения, или, возможно, это выражение было бы лучше переведено как первенец всего творения. Дело не в том, что Он Сам сотворен, но Он есть Глава всего сотворенного.
Из сказанного выше видно, что титул Первенец не следует понимать исключительно как божественный титул, хотя Тот, кто носит это имя, божественен. Но именно как Человек Он признан Богом Отцом как Первенец. И как справедливо, что такой титул должен быть дарован Ему, ибо «им было создано всё». Придя в мир как Человек, Он занимает это место в силу достоинства Своей личности. Ему принадлежит слава Первенца, потому что Он есть Творец. Первенец — это наследник и преимущественный. Важно помнить, что в Писании первенец не обязательно тот, кто родился первым. Можно привести множество примеров, когда тот, кто родился первым, был отставлен в сторону, а право первенца было дано другому. Достаточно упомянуть случаи Исмаила и Исаака, Исава и Иакова, Рувима и Иосифа, Манассии и Ефрема, к которым можно добавить ещё много других. Первый человек отставлен в сторону, а второй человек признан первенцем. И таким образом Адам и весь его род отставлены в сторону как непригодные для сохранения власти над миром, чтобы Христос, Второй Человек, Господь с небес, мог быть признан Первенцем.
Станет ясно, насколько сильно всё это противоречит гностическому представлению о сотворённом Иисусе, к Которому Христос, божественная эманация, сошёл после Его просвещения, последовавшего за Его крещением, и Который оставил Его снова на кресте. Это был вечный Сын, Который по благодати уничижил Себя, чтобы стать Сыном Божьим, рождённым от Девы. Никогда не следует упускать из виду, что о Его Сыновстве говорится этими двумя различными способами в Писании. Как Вечный Сын, предвоплощённый, Он называется «Сыном», «Сыном Отца», а также «Сыном Божьим», но последний термин обычно относится к тому, Кем Он стал, когда Он принял человечество в отношение с Божеством и стал Богом и Человеком в одной Личности с двумя природами, в соответствии со словом ангела, обращённым к Его девственной матери,
Тот Святой, Который родится от тебя, будет назван Сыном Божиим.
Необходимо быть очень точными в нашем мышлении при рассмотрении этой великой тайны и не позволять нашим мыслям выходить за пределы Священного Писания. Именно о рожденном от Девы Спасителе пророчествовал Михей, говоря:
Но ты, Вифлеем Ефрафа, хотя ты и мал среди тысяч Иудиных, из тебя выйдет для Меня Тот, Который будет Владыкою в Израиле, Чье происхождение из начала, от дней вечных,
или, как сказано на полях, «от дней вечных» (Михей 5:2).
Пять мест Писания, в которых Он назван Единородным, если тщательно взвесить, сделают это ясным.
Слово стало плотью и обитало с нами, (и мы видели славу Его, славу, как Единородного от Отца), полное благодати и истины. (Иоанна 1:14, буквальный перевод) >Бога никто никогда не видел; Единородный Сын, сущий в лоне Отца, Он явил Его. (Иоанна 1:18, буквальный перевод) >Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную. (Иоанна 3:16) >Верующий в Него не осуждается, а неверующий уже осужден, потому что не уверовал во имя Единородного Сына Божия. (Иоанна 3:18) >В том явилась любовь Божия к нам, что Бог послал в мир Сына Своего Единородного, дабы мы получили жизнь через Него. (1 Иоанна 4:9)
Пять других упомянутых отрывков, в которых Он назван Первенцем, или Перворожденным, таковы:
Кого Он предузнал, того и предопределил быть подобными образу Сына Своего, дабы Он был первородным между многими братьями. (Римлянам 8:29) >Который есть образ Бога невидимого, рожденный прежде всякого творения [или: всего творения]. (Колоссянам 1:15) >И Он есть глава тела Церкви; Он — начало, первенец из мертвых, дабы иметь Ему во всем первенство. (Колоссянам 1:18) >И когда Он опять вводит Первородного во вселенную, то говорит: И да поклонятся Ему все Ангелы Божии. (Евреям 1:6, буквальный перевод) >Иисуса Христа, Который есть свидетель верный, первенец из [или: из среды] мертвых и владыка царей земных. (Откровение 1:5)
Именно Он сотворил всё.
Без Него ничто не начало быть, что начало быть.
Все обитатели неба и земли обязаны Ему своей жизнью. Существа видимые или невидимые — все являются творениями Его руки. Ангелы, независимо от величия их достоинства, будь то престолы, или господства, или начальства, или власти, — все были сотворены Им и для Его славы. Гностики помещали эти различные чины возвышенных существ между Ним и Богом, но Он показан превосходящим их всех, ибо Он призвал их к бытию. Он Сам есть несотворенный Сын, Который стал Человеком, чтобы совершить дело искупления. Высший всех ангелов, Он был сделан немного ниже их ради страдания смерти.
В стихе 17 Его первенство подчеркивается иным образом. «Он прежде всего». Под термином «все» мы понимаем все сотворенное, будь то личное или безличное. Он Сам существовал как Вечное Слово прежде их всех.
В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог.
Полное Божество приписывается Ему, но при этом отдельная личность. Более того, именно Он поддерживает вселенную, ибо «Им все стоит», или, «держится». Его рука удерживает звезды на их путях, направляет планеты по их орбитам и управляет законами вселенной. Как велико Его достоинство, и все же как низко Он склонился ради нашего спасения!
Но Он является первенцем в другом смысле в стихе 18. Человек отверг Его, говоря:
Это наследник; пойдем, убьем его, и наследство будет наше.
Итак, они убили Его, повесив Его на древе. Но именно тогда Бог сделал Его душу жертвой за грех, и Он совершил великое дело искупления, ради которого пришел.
Он умер, праведный за неправедных, чтобы привести нас к Богу.
Но преданный за наши преступления, Он был воскрешен для нашего оправдания. Будучи воскрешенным из мертвых, Он стал Первенцем в новом смысле, Главой нового творения. Как Человек на земле во плоти, не было единения с Ним. Единение – в воскресении. Он был один как Воплощенный Сын здесь, в мире. Как Он Сам говорит:
Если пшеничное зерно, падши в землю, не умрет, то останется одно; а если умрет, то принесет много плода.
В воскресении Он провозглашается Первенцем из мертвых. Таким образом Он становится Главой тела, Церкви; Началом творения Божьего; Первенцем среди многих братьев; Царём-Священником Воскресения; Тем, Кому ещё предстоит править миром в явленной славе; Мелхиседеком грядущего века, как показывает нам Послание к Евреям.
Стих 19, по общему признанию, трудно перевести благозвучно, и в нашем английском переводе слова «Отец» были добавлены, чтобы завершить то, что кажется неполным предложением. Но следует тщательно отметить, что в оригинале нет ничего, что соответствовало бы термину «Отец». Скорее, это «полнота» благоволила обитать в Иисусе. И если этот стих связан со стихом 9 главы 2, мы сразу поймем, что имеется в виду.
В Нём вся полнота [Божества] благоволила обитать.
Божество полностью проявилось в Иисусе, нашем дивном Господе. Это тайна благочестия из 1 Тимофею 3:16. Гностики использовали этот термин, «полнота», или плерома, для обозначения божественной сущности, пребывающей в неприступном свете; а в меньшем смысле — для озарения, которое приходит, когда человек достигает более высокого уровня знания. Но вся божественная плерома обитала в Иисусе. Всё, чем является Бог, Он является, так что теперь мы можем сказать,
Мы знаем Бога, познавая Его.
Он полностью явил Его.
Размышляя над дивными истинами, представленными нам в этих стихах, духовный ум будет все больше и больше чувствовать, что здесь перед нами тайны такого характера, который превосходит способность человеческого разума постичь. Здесь истина для благочестивого размышления, чтобы побудить душу к поклонению и благодарению, а вовсе не для упражнения интеллекта в богословских спекуляциях. Читая, мы должны склонить наши сердца в смиренном поклонении и таким образом взирать на лик Того, Кто вышел из славы, которую Он имел с Отцом во всей прошедшей вечности, чтобы привести нас к познанию Бога.
В следующем разделе нам говорится о двойном примирении.
И, установив мир кровью креста Своего, через Него примирить с Собой всё; говорю, через Него, будь то земное или небесное. И вас, которые некогда были отчуждены и враждебны в своём разуме злыми делами, ныне Он примирил в теле плоти Своей через смерть, чтобы представить вас святыми, непорочными и безупречными пред Его лицом, (ст. 20-22)
В той части, которую мы только что рассмотрели, Христос был представлен как Первенец двумя различными способами. Мы видели Его двойное Главенство: сначала над всем творением, а затем как Главу тела, Церкви. В стихах, которые сейчас перед нами, примирение представлено в двойном аспекте. Во-первых, мы имеем будущее примирение всего сущего, а затем настоящее индивидуальное примирение. Тот, в Ком обитает вся полнота, сотворил мир через кровь Своего креста. Человек никогда не призывается в Писании к тому, чтобы самому примириться с Богом. Он рассматривается как отчужденный и враг, явно таковой, через злые дела.
Грех встал между Богом и человеком, требуя искупления, прежде чем виновный бунтарь мог быть принят Богом в мире. Не только на земле, но и на небесах грех поднял свою змеиную голову. Фактически, именно на небесах начался грех, когда Люцифер отпал, увлекая за собой огромное число ангельских воинств. Поэтому сами небеса были нечисты в глазах Бога и должны были быть очищены лучшей жертвой, чем те, что приносились по закону. На кресте Христос вкусил смерть, и столь далеко идущи результаты Его труда, что в конечном итоге всё на земле и на небесах будет примирено с Богом на основании того, что Он там совершил. Будь то для вселенной или для отдельного грешника, Он заключил мир кровью Своего креста. Однако бунтари остаются, несмотря на то, что мир был заключен.
Мы можем понять это, если вспомним, что две нации, которые воевали друг с другом, могут через своих полномочных представителей договориться об условиях мира, и все же партизанские отряды могут настаивать на продолжении борьбы, игнорируя заключенный мир. Так и люди, и демоны все еще упорствуют в отказе признавать божественную власть, несмотря на то, что,
Кровь Иисуса, сквозь землю и небеса, Милость, свободная безграничная милость, взывает.
Для ангелов условия мира не предлагают прощения, но грешным сынам Адама даруется милость, и тот, кто захочет, может довериться Христу и таким образом примириться с Богом.
Оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа (Римлянам 5:1).
Примирение всего включает две сферы, и только две. Придет время, когда все на земле и все на небесах с радостью примирятся с Богом. Когда речь идет о покорении, как в Филиппийцам 2:10, существуют три сферы. Небесные, земные и адские существа наконец-то признают власть нашего Господа Иисуса Христа. Но в Писании не дается никакой надежды на то, что печальные обитатели адских областей когда-либо примирятся с Богом.
Примирение стиха 20 переносит нас к новому небу и новой земле, где будет обитать праведность, и скиния Божия будет с людьми, и все искупленные с избранными ангелами пребывают с Ним в святой гармонии. Грех разорвал состояние мира и гармонии, которое некогда существовало между Богом и Его творениями. Христос Своей смертью совершил примирение и тем самым сделал возможным восстановление этого утраченного согласия, но в новом творении.
Это примирение уже совершено для отдельных грешников, которые «некогда были отчуждены и врагами по расположению ума в злых делах», но которые по безграничной благодати примирились с Богом смертью Его Сына. Это постижение душой верой безграничной любви оскорбленного Божества, явленной в смерти на кресте, уничтожает вражду и привлекает чувства обновленного человека к Богу, явленному во Христе. Недаром апостол восклицает в другом месте:
Всё же сие — от Бога, Иисусом Христом примирившего нас с Собою и давшего нам служение примирения, потому что Бог во Христе примирил с Собою мир, не вменяя людям преступлений их, и дал нам слово примирения. Итак мы — посланники от имени Христова, и как бы Сам Бог увещевает через нас; от имени Христова просим: примиритесь с Богом. (2 Коринфянам 5:18-20)
Не святая, дивная жизнь Христа таким образом примирила нас. Это Его жертвенная смерть. И в результате этой смерти мы в конечном итоге предстанем перед Богом Отцом непорочными в святости и безупречными в Его глазах. Предложение не завершается в стихе 22, но следующий отрывок вводит новую тему и поэтому должен рассматриваться в другой связи.
Оставляя стихи, которые мы рассматривали, будем помнить великие основные истины, которым они нас учат. Тот, Кто является образом невидимого Бога, совершил мир для нас кровью Своего креста. Ныне в воскресении Он наш превознесенный Глава, и мы члены Его тела. Как Глава, Он заботится о каждом искупленном здесь на земле, который таким образом, по благодати, был соединен с Ним. Признавать Его Главой — наша главная обязанность. Мы не должны позволять ничему отдалять Его или препятствовать нашему верному подчинению Ему, через Которого мы были примирены с Богом.
Если только пребываете тверды и непоколебимы в вере и не отпадаете от надежды благовествования, которое вы слышали, которое проповедано всякой твари под небом, которого я, Павел, сделался служителем. Ныне радуюсь в страданиях моих за вас и восполняю недостаток скорбей Христовых в плоти моей за Тело Его, которое есть Церковь, которой сделался я служителем по домостроительству Божию, вверенному мне для вас, чтобы исполнить слово Божие. (ст. 23-25)
«Если», с которого начинается стих 23, было причиной большого недоумения для робких душ, которые едва осмеливаются принять истину о вечной безопасности верующего, так как они осознают свою собственную слабость и недостаточность. Но, правильно понятое, здесь нет ничего, что могло бы смутить любого искреннего верующего в Господа Иисуса Христа. В Новом Завете есть ряд подобных «если», и все они имеют в виду одну и ту же цель — испытание исповедания. В 1 Коринфянам 15:1-2 мы читаем:
Напоминаю вам, братия, Евангелие, которое я благовествовал вам, которое вы и приняли, в котором и утвердились, которым и спасаетесь, если преподанное удерживаете так, как я благовествовал вам, разве только напрасно уверовали.
Здесь это «если» вставлено, чтобы пробудить совесть тех, кто, исповедовав веру в Евангелие, находится в опасности забыть весть, тем самым доказывая, что они никогда по-настоящему не приняли истину в свои сердца. Он хотел бы, чтобы они тщательно исследовали свои основания. Многие охотно исповедуют принятие Христианства и внешне объединяются с народом Божьим, но никогда по-настоящему не обратились к Господу в покаянии и не упокоили свои души на Его завершенном труде. Такие пребывают некоторое время, но вскоре забывают требования Евангелия, когда сатанинские соблазны уводят их прочь.
В Евреям 3:6 мы имеем еще одно такое «если».
Но Христос как Сын над Своим домом; дом же Его — мы, если только твёрдо сохраним дерзновение и радость надежды до конца.
Смысл ясен. Недостаточно исповедовать христианскую надежду. Те, кто истинны, будут держаться до конца, как мы также читаем в 10:38-39 того же послания. Выносливость — доказательство реальности. То, что Бог насаждает в душе, прочно, и мы можем быть уверены, что Тот, Кто начал доброе дело в ком-либо, совершит его до дня Иисуса Христа, времени, когда Он придет за Своим искупленным народом, чтобы завершить во славе то, что Его благодать начала на земле.
Павел не делал вид, что знает, кто из колоссян был действительно рожден от Бога. Хотя он был уверен, что большинство из них были таковыми, он писал таким образом, чтобы пробудить совесть тех, кто становился расслабленным. Готовность принимать новые и причудливые системы вызывала серьезную озабоченность. Те, кто действительно являются детьми Божьими, укорененные и укрепленные в истине, не принадлежат к числу тех, кого можно отвратить от надежды Евангелия. Они слишком хорошо знают, что оно уже сделало для них, чтобы легко отвернуться от него к какой-либо новой и непроверенной теории.
Это Евангелие они слышали, ибо по провидению Божьему оно было проповедано всему творению под небом. Это, вероятно, лучший перевод, чем тот, что в Версии короля Якова. Едва ли можно помыслить, что апостол имел в виду, будто каждое творение на обитаемой земле слышало Евангелие. Но это чудесное свидетельство преданности ранних верующих, что даже в течение одного поколения после вознесения нашего Господа благая весть была распространена по всему известному миру. Павел был сделан «служителем» этого Евангелия. Неопределенный артикль на самом деле не помогает. Он лишь придает оттенок идее, возникшей позднее, что служение — это особый класс, к которому не принадлежат все верующие. Апостол не утверждает, что он служитель в том смысле, в каком этот термин использовался в последующие годы. Он был предан делу служения. То есть, Евангелие было поручено ему Богом, Которому он служил, как он говорит в другом месте, своим духом в Евангелии Сына Божьего. Это евангельское служение было поручено всем верующим, и Павел является соучастником с другими в распространении свидетельства. Но особым образом ему было дано открыть его. Как проповеданное Павлом, оно носит отличительный характер «Евангелия славы».
Ему было дано и другое служение, а именно служение собранию, Телу Христову. Итак, он продолжает говорить, что радуется всему, что ему, возможно, придется претерпеть ради народа Божьего, ибо, делая это, он восполнял недостаток скорбей Христовых в своей собственной плоти. Это верно для каждого истинного слуги Божьего. Для такого человека народ Господень всегда будет драгоценен. И он будет понимать, что, служа им и перенося испытания ради них, он служит вместо своего отсутствующего Господа. Христос пострадал раз и навсегда на кресте, чтобы удалить грех. Его верные слуги страдают в общении с Ним для усовершенствования святых, «ради Его тела, которое есть церковь». Чем более кто-либо предан интересам Христа здесь, на земле, во время Его отсутствия на небесах, тем больше он войдет в эту фазу страдания. Он имеет в виду богоугодную пастырскую заботу, перенося скорби ради благословения прекрасного стада Христова.
Павел стал служителем церкви согласно домостроительству Божьему, данному ему ради нас, чтобы завершить божественное свидетельство или восполнить Слово Божье. Весь совет Божий не был явлен до тех пор, пока Павел не получил это откровение тайны. Это домостроительство, или управление (ибо эти два слова абсолютно одинаковы в греческом), он раскрывает более полно в другом месте, особенно в послании к Ефесянам, которое, как было ранее упомянуто, является коррелятивным к посланию к Колоссянам. Это было особое откровение, данное не Двенадцати, но ему как апостолу нового домостроительства. Он продолжает эту тему в следующих стихах.
Тайна, сокрытая от веков и родов, ныне же открытая святым Его, которым Бог благоволил показать, что́ есть богатство славы тайны сей для язычников, которая есть Христос в вас, упование славы, Которого мы проповедуем, вразумляя всякого человека и научая всякого человека всякой премудрости, чтобы представить всякого человека совершенным во Христе Иисусе, для чего я и тружусь, подвизаясь силою Его, действующею во мне могущественно, (vv. 26-29)
Важно помнить, что тайны Нового Завета не обязательно являются чем-то таинственным или заумным. Скорее, это священные тайны, открытые посвященным.
Эти божественные тайны никогда не могли быть открыты человеческим разумом, ни даже дитем Божьим, если бы не было дано особого откровения. Гностики придавали большое значение тайнам своих систем. Христианские тайны резко контрастируют с этими мечтами непокорных людей.
Тайна церкви как Тела Христова никогда не была открыта во времена Ветхого Завета, ни в те дни, когда наш Господь был на земле. Нам ясно сказано, что она была «сокрыта от веков и от родов, ныне же явлена святым». Божественный способ её возвещения был через особое откровение апостолу Павлу, как он говорит нам в Ефесянам 3:0. Но это откровение было не только для него. Это было служение, порученное ему, чтобы передать его святым: «Кому Бог открыл богатство славы этой священной тайны среди народов, которая есть Христос среди язычников, надежда славы» (перевод автора). Писание Ветхого Завета ясно предсказывало призвание язычников, но всегда в подчинении Израилю. В нынешнем домостроительстве Израиль, как мы читаем в Римлянам 11:0, отложен в сторону из-за неверия, и Христос действует среди народов, привлекая утомлённые сердца к Себе совершенно независимо от какой-либо мысли о еврейском приоритете. Верующие иудеи и язычники объединены крещением Святого Духа в одно тело, и таким образом все плотские различия упразднены. Средостение преграды разрушено. Это и есть тайна.
Сам Христос, Глава этого тела, является темой апостола. Обратите внимание на его слова: «Которого мы проповедуем». Заменить «что» вместо «кого» в проповеди — серьёзная ошибка. Христианство сосредоточено на Личности, и никто не проповедует Евангелие, кто не проповедует Христа. Когда есть вера в Него, Дух соединяет верующего с Ним.
Как ревностен был апостол в стремлении вести христиан к познанию этой драгоценной истины, «вразумляя всякого человека и научая всякого человека всякой мудрости». Его сердце было сердцем истинного пастыря, и он чудесным образом сочетал с этим дар учителя. Предметом его служения было усовершенствование святых, как он говорит в другом месте. Он хотел представить каждого человека совершенным или вполне зрелым во Христе Иисусе. Для этой цели он усердно трудился согласно той Божественной энергии, которая так мощно действовала в нем для спасения душ и назидания народа Божьего.
Лжеучителя отвратили бы взоры святых от Христа, прославленной Главы тела, чтобы занять их обманчивыми системами сатанинского происхождения и таким образом увести учеников за собой, как Павел предупреждал эфесских старейшин. Но всякое истинное, данное Духом служение христоцентрично. Каждый верный служитель нового завета возвышал бы Господа Иисуса перед восхищенным взором Его народа, чтобы, занятые Им, они преобразились в Его подобие. Подобно Иоанну Крестителю он скажет,
Он должен возрастать, а я должен умаляться.
Ни один человек сегодня по-настоящему не проповедует всю истину, если он не участвует в двойном служении этого раздела Послания к Колоссянам — Евангелия и Церкви. Первое провозглашается грешникам и есть сила Божия ко спасению каждому верующему. Второе преподается святым и назидает их в вере относительно их нынешних привилегий и соответствующих обязанностей. Я призван не только приводить грешников ко Христу, чтобы они были спасены от грядущего гнева, но я должен стремиться сделать «добрых членов церкви» из тех, кто уже спасен. Это не означает настаивать на так называемой деноминационной лояльности, ни стремиться разделять святых и приводить их в рабство законническим принципам и практикам, для которых нет библейского основания. Но это значит показать им их положение в новом творении, связанное с их воскресшим, прославленным Главой, и привести их к осознанию единства тела, в котором все верующие имеют часть. Таким образом, они могут стремиться сохранять единство, созданное Святым Духом, когда они ходят вместе в объединяющих узах мира.
Печально, когда эта самая истина становится средством разделения тех, кто имеет столь же драгоценную веру, когда она извращается людьми сектантского духа и узкого, ограниченного сочувствия, которые больше озабочены созданием местных «дел», чем назиданием Тела Христова!
То, что святые не должны пренебрегать местными обязанностями, из которых вырастают отношения между церквями, совершенно верно. Но не единство или конфедерация собраний называется «единством Духа». Это скорее то пребывающее единство, которое Святой Дух сформировал, крестив верующих в одно тело. Если я ни во что не ставлю любого собрата по вере, я в той мере не сохраняю это единство. Как члены друг друга, проявляя одинаковую заботу друг о друге, мы на практике показываем истину, что мы едины во Христе.
1 Для более полного обсуждения этой интересной темы любознательному или прилежному читателю предлагается обратиться к руководству автора под названием «Тайны Бога».