Эта лекция представляет Первое послание Павла Коринфянам, помещая его в контекст квартета посланий, которые содержат основополагающее христианское учение о спасении и церковном поведении. В ней описывается прибытие Павла в Коринф как самодостаточного изготовителя палаток и подробно рассказывается о его первоначальном служении, где он проповедовал Евангелие иудеям и язычникам в синагоге в субботу. Текст поясняет, что Павел проповедовал в субботу, чтобы достичь иудеев, в то время как ранние христиане обычно собирались в первый день недели.
Павел, волею Божиею призванный Апостол Иисуса Христа, и Сосфен брат наш, церкви Божией, находящейся в Коринфе, освященным во Христе Иисусе, призванным святым, со всеми призывающими имя Господа нашего Иисуса Христа, во всяком месте, как у них, так и у нас: благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа. (ст. 1-3)
Два послания к Коринфянам, послание к Римлянам и послание к Галатам образуют квартет посланий, которые, по-видимому, были написаны во время третьего миссионерского путешествия Павла и имеют очень тесную взаимосвязь друг с другом. В Послании к Римлянам изложена великая основополагающая доктрина оправдания одной лишь верой. В Послании к Галатам эта доктрина защищается после того, как была поставлена под сомнение учителями закона. Эти два послания, к Римлянам и к Галатам, таким образом, составляют само основание христианского учения. Затем в двух посланиях к Коринфянам мы находим наставления относительно церкви. В первом послании мы видим устройство, призвание и дисциплину церкви. Во втором — служение церкви. Если бы мы потеряли весь остальной Новый Завет — чего, Боже упаси, не случилось бы — и сохранили бы только эти четыре послания, их было бы достаточно, чтобы показать нам путь спасения и то, как нам вести себя как христианам, собирающимся вместе в церковном общении. Следовательно, мы можем получить представление о важности тщательного ознакомления с ними.
Как Евангелие достигло Коринфа, мы узнаем из Деяний 18:0, где нам говорится, что апостол Павел после своего визита в Афины отправился в Коринф и сначала начал свою работу очень тихо. Он не входил в город с трубным гласом; его не рекламировали как великого евангелиста или учителя Библии, но он просто тихо вошел как неизвестный ремесленник. Он был изготовителем палаток, и вместе с двумя своими друзьями, Акилой и Прискиллой, которые занимались тем же делом, было открыто заведение, где они, как нам говорится, трудились день и ночь. Из других источников мы узнаем, что таким образом апостол мог содержать не только себя, но и всех, кто трудился с ним, когда церкви забывали о своей ответственности перед ними. Он был великим иностранным миссионером, и когда церкви Божьи признавали свою ответственность и посылали дары, как в случае с Филиппийской церковью, он с радостью принимал их и использовал деньги во славу Божью. Но если им пренебрегали, он не сидел, не тосковал и не хныкал из-за черствости христиан в других местах, а просто создавал себе работу и шел работать, делая палатки и обеспечивая средства для продолжения своего свидетельства. В некотором смысле это было настоящей помощью, ибо иногда проповедник или миссионер приходит в местность, где его рассматривают как хорошо обеспеченного человека, имеющего официальный титул и отношение к церкви, и люди часто не так заинтересованы в нем и его послании, как если бы он пришел к ним, работая своими руками, как это приходится делать им.
Устроив свои дела, апостол начал общаться среди иудеев. В городе была синагога, которую он посещал и где, несомненно, слушал обычные службы, а затем, когда представлялась возможность, он проповедовал там Евангелие. В иудейской синагоге царила большая свобода. Иудейским посетителям, особенно если они были одеты в одеяние учителя, разрешалось принимать участие в служении. Несомненно, когда Павел приходил туда, он носил одежду, которая показывала, что он был выпускником школы Гамалиила, и поэтому его признавали учителем. Однажды, когда он и Варнава сидели в синагоге, начальники, завершив первую часть служения, узнали в этих двух мужах учителей и сказали: «Мужи братия! если у вас есть слово наставления к народу, говорите» (Деян. 13:15). И мы читаем: «Павел, встав и дав знак рукою, сказал: мужи Израильтяне и боящиеся Бога! послушайте» (Деян. 13:16). Таков был обычный порядок в иудейской синагоге. В этом не было ничего необычного и ничего беспорядочного. Павел просто пользовался привилегией. Итак, от субботы к субботе, то есть, конечно, по субботам, он рассуждал с иудеями и со всеми язычниками, которые могли там присутствовать. Это было обычным делом для ищущих язычников посещать иудейские службы. Уставшие и измученные обычными повторяющимися языческими празднествами, не находя ничего в язычестве, что могло бы ответить на страстные желания их сердец, они искали там то, чего не могли найти в другом месте. Когда они, по крайней мере в какой-то мере, принимали иудейские доктрины, их признавали «прозелитами врат». Этим людям апостол представлял весть; он рассуждал с ними в день субботний.
Некоторые из наших сегодняшних друзей-законников, которые никогда не знали благословения освобождения от закона, говорят: «Мы читаем в книге Деяний, что Павел проповедовал в субботний день, а этот день — суббота, и поэтому мы обязаны признавать этот день, а не воскресенье, Днем Господним». Дело в том, что апостол просто приспосабливался к иудеям, которые собирались в свою субботу. Если он хотел достичь их, он должен был достичь их в этот день. Сами христиане собирались в первый день недели для преломления хлеба и для молитвы. Самое раннее христианское свидетельство в этом отношении подтверждает именно это. Один из тех ранних писателей говорит: «В первый день недели, на следующий день после иудейской субботы, в день, который мы, христиане, называем Днем Господним, мы собираемся для поклонения и т.д.». Это был обычай христиан с самого начала, но в иудейскую субботу они находили возможность служить иудеям и поэтому использовали этот день для этой цели. Мы узнаем, что Павел сначала просто обращался к ним с точки зрения Ветхого Завета, но «когда Сила и Тимофей пришли из Македонии, Павел был побуждаем духом и свидетельствовал иудеям, что Иисус есть Христос» (Деяния 18:5). Его работа до этого времени была подготовкой, но теперь, при поддержке других помощников, он почувствовал, что пришло время дать ясное, громкое свидетельство, чтобы показать, что все эти ветхозаветные Писания указывали на Того, Кто был распят в Иерусалиме, воскрес из мертвых и вознесся на небо. И теперь многие иудеи отвернулись от них, они противились вести, и апостол сделал очень значительную вещь. Он носил длинные восточные одежды, и он отряс свои одежды и сказал: «Кровь ваша на главах ваших; я чист; отныне иду к язычникам» (Деяния 18:6). И так он покинул синагогу, чтобы никогда больше не входить в нее, по крайней мере, в этом конкретном городе. Он нашел место для проповеди в доме человека по имени Иуст.
Иуст, очевидно, был язычником, но прозелитом; он принял иудейское откровение о Боге, и его дом примыкал к синагоге. Павел начал проповедовать в его доме, и одним из первых обращенных был начальник синагоги Крисп, который уверовал со всем своим домом; и работа продолжалась полтора года, и многие из коринфян, услышав Слово, уверовали и крестились.
Обратите внимание на порядок. Они услышали весть, они поверили Евангелию, а затем были публично крещены, исповедуя таким образом, что приняли Распятого как своего личного Спасителя. Я подчеркиваю это, потому что некоторые люди полагают, что в своих посланиях апостол, кажется, преуменьшает важность христианского крещения. Он обычно не крестил сам, но всегда настаивал на том, чтобы это было сделано. Тот факт, что сам Павел обычно не был крестителем, не означает, что он пренебрегал христианским таинством крещения.
Когда мы читаем восемнадцатую главу Деяний, мы узнаем о восстании, поднятом против Павла во дни Галлиона, и нам сказано, что греки схватили Сосфена, который стал начальником синагоги, и избили его за попытку спровоцировать беспорядки. Похоже, что избиение пошло ему на пользу, потому что далее мы находим его имя, связанное с апостолом Павлом в Посланиях к Коринфянам, как христианина. Конечно, у нас нет неопровержимых доказательств того, что это тот же самый человек, но я принимаю это как должное. В конце концов это привело его к принятию Господа Иисуса Христа как своего Спасителя.
Великое дело Божье было совершено за полтора года, что Павел пробыл в Коринфе. Это не было подходящим полем для миссионерского служения; это был один из мегаполисов древнего мира. Его население в то время насчитывало от шести до семисот тысяч человек, и он был предан поклонению богине Афродите, греческому имени той, кого римляне почитали как Венеру, богиню похоти, или плотской любви, и, празднуя обряды Афродиты, коринфяне предавались самому позорному распутству. Это было настолько печально известно, что во всех частях грекоязычного мира, если мужчины или женщины вели себя нечисто, худшее, что кто-либо мог о них сказать, было то, что они поступали как коринфяне. Точно так же, например, названия тех двух городов равнин дошли до наших дней, связанные с таким нечестием, что если кто-то говорит о человеке: «Он подобен жителям Содома и Гоморры», вы сразу понимаете, что он ведет жизнь гнуснейшей нечистоты. Поэтому сказать, что кто-то вел себя как коринфянин или был «коринфизирован», означало, что он был человеком, полностью утратившим всякое чувство морали или приличия. Таков был город, в который Павел отправился проповедовать Евангелие благодати Божьей, и в этом городе это Евангелие привело многих к познанию Христа. Это было средством избавления людей от их нечестивой жизни, превращения в святых тех, кто был порочен и полностью утратил всякое чувство приличия.
Когда мы имеем этот фон перед собой, какой интерес он придает этим начальным стихам: «Павел, призванный Апостол Иисуса Христа волею Божией, и Сосфен, брат наш». Я опускаю курсивные слова «быть», потому что хочу донести до вас тот факт, что их следует опустить и во втором стихе. Павел не был призван *быть* апостолом, он *был* апостолом, но он был призванным апостолом, апостолом по Божественному призванию. И поэтому вы и я не призваны *быть* святыми, если мы доверились Господу Иисусу; мы *являемся* святыми, мы святые по призванию. Заметьте тогда, что апостольство Павла, как он говорит нам в Послании к Галатам, было не от человека и не через человека. Никто не имел никакого отношения к его назначению в апостольство, кроме воскресшего Господа. Апостол был тем, кто видел Господа и пошел провозглашать Его весть. Павел, будучи Савлом, увидел Господа в тот день на Дамасской дороге и пошел провозглашать Христа иудеям и язычникам. Именно воля Божия сделала его тем, кем он был.
Обратите внимание, как он связывает его с собой: «Сосфен, брат наш». Я считаю само собой разумеющимся, что это должен был быть коринфский Сосфен, потому что те, кто получал письмо, сразу же узнали бы его имя, и трепет прошел бы по их сердцам, когда они воскликнули: «Да, Сосфен, некогда гонитель, обращенный здесь, в нашем собственном городе, все еще с апостолом Павлом и посылает нам свои приветствия». Мы ценим приветствия тех, кого мы любим и почитаем в Господе, и когда они уезжают в другое место, мы всегда рады получать от них вести, и поэтому коринфяне испытали бы особый трепет удовольствия, обнаружив его имя связанным с именем апостола Павла.
«Церкви Божией, находящейся в Коринфе». Какое изменение произошло с тех пор, как этот самый человек, Савл из Тарса, преследовал церковь Божию и разорял ее. Сегодня распространяется странное учение о том, что церковь книги Деяний — это не церковь нашего времени, что церковь, Тело Христово, не начиналась до того, как Павел был заключен в тюрьму в Риме. Павел преследовал церковь Божию, будучи еще не обращенным. Как он мог преследовать то, чего не существовало? Церковь родилась в день Пятидесятницы, и после этого церкви Божии были основаны в местных общинах. Здесь она состояла из тех, кто когда-то был законническими иудеями или слепыми язычниками, но теперь все они едины во Христе Иисусе. И апостол говорит о них как о «освященных». «Церкви Божией, находящейся в Коринфе, освященным во Христе Иисусе, призванным… святым, со всеми призывающими имя Господа нашего Иисуса Христа, во всяком месте, как у них, так и у нас». Наше представление о святом или освященном человеке часто сводится к безгрешному человеку. Мы видим кого-то, в ком благодать Божия сияет чудеснейшим образом, и говорим: «Ну, конечно, это святой». Или, возможно, кто-то только что отошел в вечность, и мы говорим о «почившем таком-то», потому что он вышел за пределы досягаемости греха. Но Писание использует эти термины не так. «Освященные» — не безгрешные; «святые» — не абсолютно святые. Святые — это отделенные, освященные — это те, кто отделен для Бога во Христе Иисусе. Это два слова, происходящие от одного корня, означающие «отделенный», «отложенный», «посвященный святой цели». Вы спасены, возложили ли вы свое упование на Господа Иисуса Христа? В тот момент, когда вы это сделали, Бог отделил вас от мира, находящегося под судом, и отделил вас для Себя во Христе Иисусе, и в тот же миг вы стали святым, в тот момент вы были освящены, и это освящение совершенно.
Мы читаем в Послании к Евреям: «Он навеки усовершенствовал освящаемых». Меня учили, и, возможно, некоторым из вас говорили, что человек сначала должен быть оправдан, а затем, возможно, спустя некоторое время, он получает то, что называют вторым благословением, и становится освященным. Когда я обращаюсь к Книге Божьей, я нахожу совершенно противоположное. Я нахожу, что в первую очередь человек освящается действием Духа в его сердце еще до того, как он приходит к познанию Христа. Именно освящающая, отделяющая работа Духа Божьего ведет его к вере в Господа Иисуса Христа. Но в тот момент, когда он возлагает свою веру на Христа, в тот же момент Бог видит его освященным во Христе Иисусе, отделенным для Бога от старой жизни, старых путей, мира, того, к чему он когда-то принадлежал, отделенным для Бога и считающимся чистым в Его глазах из-за бесконечной ценности искупительной работы Его возлюбленного Сына. Доверили ли вы Христу? Освящены ли вы? Говорите ли вы мне: «Я едва ли осмелюсь сказать это. Я знаю, что я христианин, я верю, что я оправдан, но боюсь, что я еще недостаточно хорош, чтобы сказать, что я освящен». Подобно тому, как ваша добродетель не имела ничего общего с вашим оправданием, так и не ваша добродетель дает вам право занять свое место среди освященных. Вы были оправданы верой в Господа Иисуса Христа, и все прошлое было навсегда отложено, и Бог дал вам новое положение перед Ним. Но грех делает людей не только виновными, но и нечистыми. Поскольку мы виновны, нам нужно быть оправданными; поскольку мы нечисты, нам нужно быть освященными. Но мы очищены благословенной искупительной кровью, через которую мы оправданы. Так мы читаем об освящении кровью Его завета. «Потому и Иисус, чтобы освятить народ Своею Кровию, пострадал вне врат» (Евреям 13:12). «И за них Я освящаю Себя, чтобы и они были освящены истиною» (Иоанна 17:19). В тот момент, когда Он воскрес из мертвых, Бог увидел всех верующих связанными с Ним. В Послании к Евреям мы читаем: «Ибо и Освящающий и освящаемые, все – от Единого; поэтому Он не стыдится называть их братьями» (Евреям 2:11). Поэтому, если вы христианин и сомневаетесь в своем освящении, отбросьте это и благодарите Бога за то, что вы во Христе и, следовательно, освящены.
По мере того как мы продвигаемся в этом послании, мы обнаруживаем, что апостолу пришлось представить этим коринфянам множество вещей, требовавших исправления. Он говорил им, что они плотские, судились друг с другом, терпели всякого рода нечестивые вещи в своей среде. У некоторых были неправильные представления о брачных отношениях, некоторые были очень невежественны относительно своего отношения к их прошлому идолопоклонству, но апостол говорит о них всех как об освященных во Христе Иисусе. Но заметьте, он не только адресует это письмо «Церкви Божией, находящейся в Коринфе, освященным во Христе Иисусе, призванным… святым», но и расширяет адресацию так, что она охватывает каждого христианина до конца диспенсации: «со всеми призывающими имя Господа нашего Иисуса Христа, во всяком месте, у них и у нас». Видите ли вы важность этого? В этом послании есть много вещей, от которых некоторые христиане сегодня пытаются уклониться и избежать, и очень часто вы услышите, когда читается послание: «О, ну, это было для того века и того дня, или для людей, живущих в Коринфе, но не для сегодняшних людей». Теперь обратите внимание, что адресация такова: «со всеми призывающими имя Господа нашего Иисуса Христа, во всяком месте, у них и у нас». Это письмо, таким образом, адресовано каждому, кто стремится признать Господство Христа; и поэтому, изучая его, я верю, что мы примем его как личное послание от Святого Духа Божьего каждому из нас как христианским личностям.
Нам бы не хотелось думать, что великие отрывки о благодати в этом послании были только для коринфян. Давайте тогда не будем пытаться возлагать отрывки об ответственности только на жителей Коринфа, но помнить, что всё написано для всей церкви Божьей, вплоть до пришествия нашего Господа Иисуса и нашего собрания к Нему. В третьем стихе мы имеем апостольское приветствие: «Благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа». Мы спасены благодатью, но, конечно, это не та благодать, о которой он здесь говорит. Он знает, что это решено: эти люди, освящённые во Христе Иисусе, уже оправданы верой, спасены благодатью. Не об этом он думает, когда говорит: «Благодать вам и мир от Бога Отца нашего и Господа Иисуса Христа». И затем снова все христиане имеют мир с Богом через Господа нашего Иисуса Христа. Мы читаем в Римлянам 5:1: «Итак, оправдавшись верою, мы имеем мир с Богом» – это решённое дело – «через Господа нашего Иисуса Христа» (выделение добавлено). Он не молится, чтобы эти христиане получили ту благодать, о которой он здесь говорит. Прежде всего, это благодать, чтобы поддерживать во всех испытаниях пути, благодать, чтобы дать нам возможность преодолевать в каждый час искушения. В Послании к Евреям нам велено «приступать с дерзновением к престолу благодати» – на котором сидит наш великий Первосвященник – «чтобы получить милость и обрести благодать для благовременной помощи» (Евреям 4:16). Нам нужна благодать каждый день нашей жизни. Благодать вчерашнего дня не хватит на сегодня. Нам нужно приходить к Богу каждое утро, чтобы через размышление и молитву привлекать свыше запасы благодати, чтобы правильно начать день. Но в течение всего дня нам нужно учиться «непрестанно молиться», чтобы наши сердца постоянно стремились к Нему, чтобы новые запасы благодати постоянно нисходили к нам. Мы не можем сохранить себя ни на одно мгновение, поэтому нужна благодать, которая во Христе Иисусе. И мир, повторяю, это не мир с Богом, но тот мир Божий, о котором мы читаем в Филиппийцам 4:6-7: «Не заботьтесь ни о чём; но всегда в молитве и прошении с благодарением открывайте свои желания пред Богом, и мир Божий, который превыше всякого ума, соблюдёт сердца ваши и помышления ваши во Христе Иисусе». Видите, это не имеет ничего общего с вопросом греха. Это решено.
У нас мир с Богом потому что наши грехи были навсегда удалены, но это касается вопроса о вещах, которые могли бы держать нас в тревоге, жизненных испытаний, которые давят на наши сердца. Как благословенна привилегия обращаться к Богу по поводу всего этого. Боюсь, многие дорогие христиане упускают здесь очень многое потому что они никогда не учились обращаться к Нему по поводу своих временных дел, а также своих духовных нужд. Христиане смотрели на меня в ужасе, когда я говорил им о молитве о деньгах и о семейных делах. Они говорят: «Вы же не хотите сказать, что Бог, сотворивший мир, беспокоится о том, чтобы у меня были деньги на оплату аренды и еды, что Он будет вмешиваться в мои семейные дела?» «Ни о чем не заботьтесь; но во всем» – это всеобъемлюще – «молитвою и прошением с благодарением открывайте свои желания пред Богом». Брат мой, сестра моя, нет такого испытания, которое когда-либо постигло бы вас, нет такой трудности, с которой вам пришлось бы столкнуться, нет такой нужды, которую вам придется удовлетворять, но Бог приглашает вас прийти к Нему по этому поводу, и у вас есть обетование: «Бог мой восполнит всякую нужду вашу по богатству Своему в славе Христом Иисусом» (Филиппийцам 4:19).
Всегда благодарю Бога моего за вас, за благодать Божию, данную вам во Христе Иисусе, потому что вы в Нем обогатились всем, всяким словом и всяким познанием, так как свидетельство Христово утвердилось в вас, так что вы не имеете недостатка ни в каком даровании, ожидая явления Господа нашего Иисуса Христа, Который и утвердит вас до конца, чтобы вам быть безупречными в день Господа нашего Иисуса Христа. Верен Бог, Которым вы призваны в общение Сына Его Иисуса Христа, Господа нашего. (vv. 4-9)
Даже читая эти слова, мы не можем не заметить, как часто используется полное имя и титул нашего Спасителя, и на протяжении всего этого послания мы обнаружим, что это характерно. Тот, Кто вывел этих коринфян из тьмы в Свой дивный свет, — это Тот, Кто по благодати привел многих из нас к спасительному познанию Себя. Он — наш Господь Иисус Христос. Вы никогда не найдете в Библии той чрезмерной фамильярности в использовании божественных имен, которая так распространена в наши безбожные дни. Никто, например, в Писании никогда не обращается к нашему благословенному Спасителю просто как к Иисусу. О Нем иногда говорят как об Иисусе, и по божественному вдохновению, когда Его искупительная работа особенно находится в поле зрения, ибо ангел сказал: «наречешь Ему имя Иисус, ибо Он спасет людей Своих от грехов их» (Матфея 1:21). Но когда к Нему обращаются напрямую, и обычно даже когда о Нем говорят Его последователи, Его называют «Господь Иисус», «Господь Иисус Христос» или «Иисус Христос, Господь наш». Я уверен, что в этом есть что-то для каждого из нас. Он сказал: «Вы называете Меня Учителем и Господом, и правильно говорите, ибо Я точно то» (Иоанна 13:13). Давайте всегда помнить, когда мы обращаемся к Нему в молитве, что Он — наш Господь; когда мы говорим о Нем другим, что «Бог соделал Господом и Христом Сего Иисуса, Которого вы распяли» (Деяния 2:36). Эти послания коринфянам на протяжении всего текста подчеркивают Его Господство. Давайте остерегаться называть Иисуса Господом, а затем пренебрегать Его заповедями.
Если Он не Господь всего,Тогда Он вовсе не Господь.
Слава Богу, мы радуемся познавать Его как нашего верховного суверенного Владыку.
В этой вступительной части апостол, который в других частях послания указывает на множество беспорядков в церкви в Коринфе, который упрекает этих верующих за многие вещи, бесчестящие имя Господа, тем не менее, прежде всего благодарит Бога за то, что Его благодать уже совершила. Вспоминая полтора года, которые он трудился в Коринфе, в течение которых большая часть тех, к кому в основном обращено это письмо, была приведена к спасительному познанию Христа, он говорит: «Всегда благодарю Бога моего за вас». Как приобретатель душ, это приносило великую радость его сердцу думать о тех, кого он имел привилегию привести ко Христу. «Всегда благодарю Бога моего за вас, ради благодати Божией, дарованной вам во Христе Иисусе». И когда он так говорит, он в данный момент думает не только о спасающей благодати. Они были спасены по благодати; никто не спасается иным путем, и благодать — это незаслуженная милость Божия, дарованная тем, кто заслуживает совершенно противоположного. Но, будучи спасены, мы одарены благодатью; Бог через Свою благодать обеспечивает нас всем необходимым для нашего пути через этот мир. Среди прочего, когда Он собирает людей в церковное общение, и это по мысли Божией, чтобы верующие собирались вместе в различных местностях как церкви Божии, Господь берет на Себя ответственность через ту же спасающую благодать служить тем, что принесет пользу, назидает и созидает их как собрания верующих. Именно на этом апостол здесь особо останавливается.
Он благодарит Бога за благодать Божию, данную ему Иисусом Христом, «что во всем, — говорит он, — вы обогащены Им, во всяком слове и во всяком познании». Иными словами, эта Коринфская церковь была весьма благословенна с точки зрения даров Духа. Среди них были те, кто мог наиболее приемлемо служить Словом Божиим, были другие, имевшие дар евангелиста, которые могли выходить и нести весть миру, были некоторые, одаренные как учителя, которые могли передавать духовное наставление своим братьям; было много тех, кто имел чудесные дары (гл. 12). Вопрос, существовала ли когда-либо христианская церковь, более богато благословенная с этой точки зрения, чем Коринфская церковь, и все же это торжественный факт, что они были очень плотскими, хотя и так чудесно одаренными. Это приводит нас к осознанию того, что дары сами по себе не являются сохраняющими. Человек может быть очень одаренным, человек может обладать большими индивидуальными способностями, и все же не обязательно ходить с Богом, не обязательно быть ведомым Святым Духом в использовании Его дара. Церковь может быть благословлена многими в своем братстве, на которых Бог ниспослал особые дары Духа, но это само по себе не доказывает, что эта церковь духовнее других. Мы живем во времена, когда существует очень нездоровое стремление к тому, что мы можем назвать «чудесными дарами», и люди думают, что если бы эти дары были более очевидны в церкви, то было бы больше духовности и больше сделано для Бога. Я думаю, история Коринфской церкви доказывает несостоятельность такого рассуждения. Ни одна церковь, которую я знаю, никогда не превосходила их в благодати Божией в отношении даров, и все же они были чем угодно, только не по-настоящему духовной церковью. В послании к Ефесянам используется очень похожее выражение на то, что мы имеем в Коринфянам: «Каждому же из нас дана благодать по мере дара Христова» (4:7). И затем он упоминает различные дары, которые вознесшийся Христос дал церкви.
Это благодать со стороны Бога побуждает Святого Духа даровать эти дары Своему народу. Как же нам необходимо откликаться на благодать Божью, удерживая дар в подчинении Ему Самому и не увлекаясь даром вместо Дарителя. Коринфяне так увлеклись дарами, что все хотели творить чудеса, и поэтому их взоры отвратились от Христа и сосредоточились на проявлениях, и они потеряли сладость общения с Ним.
Нам следует быть осторожными, чтобы никогда не путать природный талант с духовными дарами. Например, Бог даёт дар мудрости, дар знания, Он даёт дар учительства, дар проповеди, дар увещевания, но это совершенно отличается от любой простой природной способности в том, что мы могли бы назвать ораторским искусством. Человек может быть прирождённым оратором; ему может быть так же естественно излагать мысли интересно, убедительно, как другому красиво петь; но будь то речь или пение, человеку нужно нечто большее, чем просто природный талант, и это сила Святого Духа. Если мужчина одарён от природы, если женщина обладает определёнными природными талантами, их не следует отбрасывать, когда они предают себя Христу, но их нельзя ставить на место духовных даров. Именно Святой Дух Божий, овладевая человеческим инструментом, действуя через него и помазывая его, замещает простой природный талант духовными дарами. Очень часто Бог берёт людей, которые вовсе не примечательны природными талантами, и после того, как они обращаются и предают себя Ему, Святой Дух, Который разделяет каждому особо, как Ему угодно, даёт таким удивительную силу в представлении духовных вещей. Это божественный дар. Апостол говорит: «Ревнуйте о дарах больших» (1 Коринфянам 12:31). И поэтому, если вы уже спасены, если вы доверяете Христу как своему Спасителю, взирайте на Бога, чтобы Он мог даровать вам какой-либо особый дар Своей благодати, дабы вы таким образом могли лучше приобретать других для Христа и помогать Его возлюбленному народу. Но никогда не путайте простое человеческое красноречие с божественным служением, никогда не путайте простое ораторское искусство с проповедью Слова. Проповедь Слова может быть ораторской или может полностью лишаться этой характеристики.
Апостол Павел от природы был прекрасным оратором, но когда он вставал перед людьми проповедовать Евангелие, он говорил, что удерживал всё это, дабы их вера утверждалась не в мудрости человеческой, а в силе Божией. Божественные дары позволяют служителям Христа служить к назиданию, ко спасению грешников и созиданию святых. Но можно иметь их и быть вне общения с Богом; поэтому важна ежедневная жизнь в духе самоосуждения, чтобы Он имел контролирующую власть в использовании даров.
Через их дары свидетельство о Христе было подтверждено в них. Павел пришел в Коринф, чтобы служить Словом. Эти коринфяне уверовали, и теперь, в свою очередь, они служили другим, и Бог милостиво подтвердил это свидетельство благословением, так что Павел говорит: «Вы не имеете недостатка ни в каком даровании». Тогда как в других церквях, возможно, было несколько человек с особым даром, в Коринфе их было очень много. Не было ни одного дара, который не был бы найден в том одном собрании, и все же, читая послание, мы поражаемся, насколько многие из них отступили от верности Христу и истинного общения с Господом. Несомненно, это предупреждение для нас.
В последней части седьмого стиха он говорит, что они ожидали пришествия нашего Господа Иисуса Христа. Слово, переведенное как «пришествие», — это не парусия, слово, обычно используемое для обозначения пришествия Господа на воздух, когда святые поднимаются, чтобы встретить Его, но это апокалипсис, Его откровение, когда Он является перед всем миром. Мы ожидаем откровения Иисуса Христа. Это, конечно, цель. Сошествие Господа и призыв Его народа встретить Его на воздухе — это подготовка, но цель — откровение. Когда Он явится во славе, тогда и мы явимся с Ним. Поэтому мы должны быть довольны тем, что живем сейчас тихой, благочестивой, немирской жизнью, потому что в тот день мы получим свою награду, когда воссияем с Ним. Апостол представил пришествие Господа, откровение Иисуса Христа, этим святым как цель всех их надежд, а затем говорит им в восьмом стихе, что Господь Иисус Христос, Которого они ожидают, утвердит их до конца.
Интересно, заметили ли вы, что это метод Духа Божьего во всем Писании, особенно когда Ему приходится обличать христиан из-за неудач в христианской жизни. Он начинает с того, что хвалит их за все, что может, и уверяет их, что в конце концов все будет хорошо. В первой главе Послания к Филиппийцам апостол пишет о своей уверенности в отношении их. В стихе 6 он говорит: «будучи уверен в том, что начавший в вас доброе дело будет совершать [завершит] его даже до дня Иисуса Христа». Здесь он говорит, что Он «утвердит вас до конца, чтобы вам быть безупречными в день Господа нашего Иисуса Христа». День Господа нашего Иисуса Христа — это тот день, когда Он вернется, чтобы призвать Своих к Себе, день, когда мы предстанем перед Его судилищем, когда мы все будем «вывернуты наизнанку», когда все скрытые мотивы будут выведены на свет, когда мы будем вознаграждены согласно делам, совершенным в теле, с тех пор как Его благодать спасла нас. И апостол говорит: «Он утвердит вас до конца». Это наше утверждение. Некоторые люди делают конфирмацию особым церковным ритуальным служением. Ребенок находится под опекой церкви до определенного возраста, а затем он конфирмируется и принимается в полное членство церкви. Библия много говорит об утверждении, но оно никогда не представляется как обряд. Библейское утверждение — это всегда работа Духа Божьего в жизни, делающая Его истину реальной для души.
Теперь он говорит, как бы: «Я абсолютно уверен, что ваше утверждение будет продолжаться до дня Иисуса Христа». Иными словами, апостол ни на мгновение не сомневался, что кто-либо, кто когда-либо был рожден свыше, не достигнет небес. Он знал, что многие из них могут тяжко согрешить на пути, но он также знал, что они не ответственны за то, чтобы хранить себя, но что они хранимы силой Божией. Люди говорят мне: «О, вы один из тех старомодных людей, которые верят в стойкость святых». Я обычно отвечаю: «Честно говоря, я вовсе не горжусь стойкостью святых. Мой опыт с самим собой и со многими другими святыми показывает, что большинство из нас не очень-то склонны к стойкости. Нам постоянно нужно, чтобы нас подталкивали». Я слышал, как Сэм Джонс говорил, что, по его мнению, Господь иногда позволял пресвитерианам верить в «однажды спасен — всегда спасен», а методистам — что ты будешь спасен в конце концов, только если удержишься, потому что некоторые пресвитериане — «такой скверный народ», что они никогда бы не шли дальше, если бы не были уверены, что они вечно спасены, а некоторые методисты — такие слабые, что если бы Господь не держал кнут над ними, они бы никогда не прошли до конца. Это можно сказать о многих, но когда мы обращаемся к Слову Божию, мы обнаруживаем, что все для христианина зависит от стойкости Спасителя. Тот, кто принял нас по благодати, обязался провести нас до конца. Он знает, как обращаться с каждым отдельным святым, чтобы тот был утвержден до конца. И окончательное завершение состоит в том, что каждый верующий предстанет «непорочным в день Господа нашего Иисуса Христа».
Это слово, «непорочный», может быть переведено как «безупречный» или «необвиняемый». Иными словами, когда мы наконец предстанем перед судилищем Христовым, Сам Бог позаботится о том, чтобы никакое обвинение не могло быть предъявлено ни одному верующему, потому что Господь Иисус Христос искупил все наши грехи Своей драгоценной кровью. Каждая неудача в жизни будет там рассмотрена, и все дерево, сено и солома сгорят в огне того дня, и мы предстанем перед нашим Господом безупречными, необвиняемыми.
В девятом стихе он представляет нам тему, которая дороже всего сердцу каждого христианина: «Бог верен». Мне хотелось бы задержаться на этих трёх словах, но мне на самом деле не нужно много о них говорить. Вы, кто знает Господа уже много лет, нужно ли мне пытаться убеждать вас, чтобы показать, что Бог верен? Оглядываясь на прошедшие годы, разве всё Его обращение с вами не свидетельствует о том, что вы имели дело с верным Богом? И будьте уверены, что когда мы подойдём к концу пути, когда наконец мы встретимся с близкими вокруг престола, мы тогда осознаем, как никогда прежде, верность Бога.
Когда я встречусь с теми, кого любил, Обниму в своих пылких объятиях давно разлученных, И узнаю, как верен Ты мне был, Я буду удовлетворён.
«Бог верен». Я никогда не был верен. Боюсь, я никогда не буду верен в абсолютном смысле, но я имею дело с верным Богом, Который обязался провести меня через всё. «Верен Бог, Которым вы призваны в общение Сына Его Иисуса Христа, Господа нашего». Бог обязался спасти нас не просто как отдельных личностей, но, спася нас индивидуально, Он теперь вводит нас в чудесное общение, Главой которого является наш Господь Иисус, воскресший и прославленный на небесах. Вот почему оно называется «общением Сына Его Иисуса Христа, Господа нашего», и это единственное общение, в котором христиане действительно нуждаются. Каждая поместная церковь должна быть выражением этого общения; это общение тела Христова. Вы помните, как апостол, говоря о причастии, говорит: «Чаша благословения, которую благословляем, не есть ли приобщение Крови Христовой? Хлеб, который преломляем, не есть ли приобщение Тела Христова?» (1 Коринфянам 10:16). Итак, если вы искуплены Его кровью, если Духом Святым вы крещены в тело Христово, вы призваны в общение Сына Божьего, и вы едины со всяким другим верующим на лице земли. Мы все принадлежим к одному великому общению. Не имеет большого значения, какие названия люди могут использовать, они могут быть деноминационными, межденоминационными или внеденоминационными, но главное в том, что они являются членами общения Сына Божьего. Это слово, «общение», на самом деле означает «партнерство». Мы были приняты в партнерство в чудесной фирме, Главой которой является Господь Иисус и в которой каждый другой верующий имеет свое место. Какое это общение! Удивляетесь ли вы, что некоторые из нас никогда не жаждут никакого другого общения? Мы нашли все, что нам нужно, в общении Сына Божьего.
Прослеживая это слово «общение» по Новому Завету, мы найдем много прекрасных и наводящих на размышления мыслей. В первом послании Иоанна мы находим, что мы были приведены в общение с Отцом и Сыном. Разве это не удивительная вещь — в соучастии с Отцом и Сыном! Мы разделяем Их общие мысли. Это одно из значений «общения». Вы интересуетесь тем, чем интересуюсь я, и мы собираемся вместе и общаемся. Только подумайте об этом: Бог Отец и Бог Сын взяли нас в соучастие с Ними в Их мыслях относительно искупления, славного плана спасения, и мы вступаем в общение с Отцом и Сыном!
Тогда это общение называется «общением Духа», потому что оно не является естественным явлением. Оно производится обитающим Святым Духом Божиим. Без Него нет истинного христианского общения, и это показывает несоответствие того, что неспасенные люди объединяются с видимой церковью Божией. Они не могут иметь общения с искупленными Богом, потому что это общение производится Святым Духом, а Он не обитает в неспасенных людях. Только как принявшие Духа мы входим в общение. Апостол Павел хвалит филиппийцев за их участие в общении Евангелия. Общение — это не только сладостное и прекрасное чувство, это практическое дело, чтобы мы могли трудиться для благословения и для спасения погибающего мира. Каждый должен выполнять свою часть. Проповедник не должен делать всю работу. Нет, мы призваны в общение, где каждый имеет свое служение для благословения всех, общение Евангелия. Павел говорит об «общении служения», что означает не просто служение определенных личностей, но служение каждого верующего по его или ее способностям. Это христианский идеал, и в той мере, в какой вы и я стремимся поступать в соответствии с ним, мы будем иметь истинное благословение в церковных отношениях.
Интересно, обращаюсь ли я к тем, кто, возможно, является членом какой-либо церкви, но говорил: «Если для того, чтобы иметь такое общение, я должен обладать Святым Духом, то боюсь, что я слишком рано пришел в видимую церковь, ибо я не осознаю, что обладаю Духом Божьим, я не осознаю пребывающего во мне Христа». Что вам нужно, так это прийти к Богу как бедному грешнику, возложить свое упование на Господа Иисуса Христа, выйти прямо на свет, где Бог, ибо написано: «Если же ходим во свете, подобно как Он во свете, то имеем общение друг с другом, и Кровь Иисуса Христа, Сына Его, очищает нас от всякого греха» (1 Иоанна 1:7).
Умоляю вас, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа, чтобы вы все говорили одно, и чтобы не было между вами разделений, но чтобы вы соединены были в одном духе и в одних мыслях. Ибо от домашних Хлоиных сделалось мне известным о вас, братия мои, что между вами есть распри. Я разумею то, что у вас говорят: «я Павлов»; «я Аполлосов»; «я Кифин»; «а я Христов». Разве разделился Христос? разве Павел распялся за вас? или во имя Павла вы крестились? Благодарю Бога, что я никого из вас не крестил, кроме Криспа и Гаия, дабы кто не сказал, что я крестил в мое имя. Крестил я также дом Стефанов; а крестил ли еще кого, не знаю. Ибо Христос послал меня не крестить, а благовествовать, не в премудрости слова, чтобы не упразднить креста Христова. (ст. 10-17)
Мы видели, что Бог установил здесь на земле чудесно благословенное общение, в которое Он призвал Своих святых: «Верен Бог, Которым вы призваны к [или в] общению Сына Его Иисуса Христа, Господа нашего». Общение Сына Божьего – это общение святых, охватывающее всех верующих повсюду, всех, кто был омыт от своих грехов драгоценной кровью Христа и в ком обитает Святой Дух.
Люди образовали деноминации, и поэтому видимая церковь Божья в наши дни разделена на множество различных фракций, и, к несчастью, некоторые из этих фракций весьма заметно нехристиански настроены по отношению к другим. Однако во всех истинных христианских группах есть те, кто принадлежит к общению Сына Божьего, и кто, я уверен, часто огорчается и тревожится, когда думает о том, как христиане разделены между собой. Я слышал, как люди оправдывают эти деноминационные разделения, говоря, что каждая из них представляет собой отдельный полк в армии Господа. Как в армии есть кавалерия, пехота, артиллерия, военно-воздушные силы и инженеры, так и у нас есть все эти различные деноминации, и каждый может выбрать для себя ту, которую он предпочитает, ибо все вместе они представляют собой единую армию Господа. Это очень удобный способ смотреть на это, если не хочется, чтобы совесть беспокоилась из-за современных условий, но дело в том, что Писание говорит нам, что разделения — это дела плоти. Не Дух Божий разделяет Свой народ на эти различные группы. Это работа плоти в верующих, которая приводит их к тому, чтобы отделяться друг от друга в разные сообщества. Вы скажете: «Что нам делать в таких обстоятельствах? Должны ли мы оставить их всех и начать другое сообщество?» В каком смысле вы тогда будете лучше их? Это просто добавило бы еще одно к многочисленным разделениям христианства. Что же нам делать? Неужели мы не признаем тот факт, что, несмотря на человеческие разделения, остается «одно тело и один дух, как вы и призваны к одной надежде вашего звания» (Ефесянам 4:4), и поэтому примем всех истинных верующих, которые держатся истины Божьей, как сочленов с нами в теле Христовом, и таким образом постараемся подняться над духом сектантства и деноминационализма, который преобладает во многих местах.
Однако, апостол обличает в этом отрывке не напрямую деноминационализм. Скорее, это были зарождающиеся разделения в поместной церкви; ибо эти коринфские верующие еще не отделились друг от друга на различные секты. Но в одной поместной церкви в Коринфе существовали различные клики и фракции, и поэтому были разногласия и проблемы. Они упускали из виду блаженство истинного христианского общения.
Обратите внимание, как апостол обращается к ним: «Умоляю вас, братия». Как это соответствует благодати. Там, где царит благодать, «я повелеваю» становится «я умоляю». «Умоляю вас, братия, именем Господа нашего Иисуса Христа, чтобы все вы говорили одно, и чтобы не было между вами разделений, но чтобы вы соединены были в одном духе и в одних мыслях». Наставление состоит в том, чтобы воздерживаться от ропота, жалоб и раздоров в поместной церкви Христа, чтобы все были объединены одним духом и одними мыслями. Конечно, Дух Божий, говорящий через апостола, не пытается заставить всех верующих смотреть на всё с абсолютно одной и той же точки зрения. Этого никогда не будет. Никто не видит одну и ту же радугу одинаково. Если бы вы стояли рядом со мной, глядя на радугу, вы бы видели её иначе, чем я, потому что вы были бы немного в стороне от меня и получили бы немного другой вид, и к тому же мои глаза очень астигматичны, а ваши могут быть идеальными. Как глупо было бы нам стоять там и спорить о радуге, о её оттенках и так далее. Скорее позвольте мне сказать: «Я так рад, что вы можете видеть её гораздо яснее, чем я, что своими идеальными глазами вы можете получить гораздо лучший вид, чем я со своим астигматическим зрением». А вы можете подумать обо мне по-доброму и сказать: «Что ж, я надеюсь, что настанет день, когда вы сможете видеть так же ясно, как и я». Именно так апостол выражает это в своём послании к Филиппийцам: «Если в чем-либо вы иначе мыслите, то и это Бог вам откроет... Впрочем, до чего мы достигли, по тому же правилу будем поступать, то же будем и мыслить» (3:15-16). Мы не сходимся во мнениях, даже когда читаем Писание. Так много зависит от нашего образования, от наших культурных стандартов, от нашей среды. Мы часто неправильно понимаем утверждения Писания из-за недостаточного знакомства с языками, на которых Библия была первоначально написана.
Вы говорите: «Но там сказано, что мы должны быть „совершенно соединены в одном разуме и в одном суждении“. Как это может быть, если мы не во всём сходимся во мнениях?» Если бы мы настаивали на том, что у нас не может быть настоящего общения, если мы этого не делаем, боюсь, наше церковное общение стало бы очень маленьким кругом. Я не знаю, где можно найти дюжину людей, которые во всём сходятся во мнениях. Мы все смеялись над старым квакером, который покидал одно место собраний за другим, и наконец кто-то сказал ему: «Ну, а в какой церкви ты сейчас?»
Он сказал: «Я наконец в истинной церкви».
«Сколько к нему принадлежит?»
Только мы с женой, и я иногда не уверен насчет Марии.
К этому бы всё свелось, если бы мы не могли иметь общения ни с кем, кроме тех, кто видит вещи точно так же, как мы. Но что насчет «того же разума»? «Мы имеем разум Христов». «Тот же разум» — это смиренный разум, покорный разум, разум, который был проявлен в Иисусе. Ты можешь смотреть на вещи одним образом, а я — другим, но если у нас разум Христов, мы не будем ссориться, а будем жить в истинно счастливом общении, заботясь друг о друге и молясь друг за друга. И затем, «то же суждение» — что это значит? Мы читаем, что мы должны возрастать в познании и во всяком рассуждении. Это не означает судить друг друга, но означает рассудительность.
Каждый верующий имеет Духа Божьего, обитающего в нем, чтобы давать ему проницательность, и когда возникают вопросы, по которым мы расходимся, если мы полагаемся на водительство Духа Божьего, Он даст нам необходимую проницательность. Боюсь, что некоторые из нас никогда не достигают больших успехов в истинной проницательности, и причина в том, что мы пренебрегаем изучением наших Библий. Мы названы «царственным священством». Во времена Ветхого Завета никому не разрешалось быть священником, у кого был приплюснутый нос. О чем говорит нос? Он говорит о проницательности. Вам приносят какое-то блюдо, и вы его нюхаете. Вы распознали, что с ним что-то не так, и не хотите его есть.
Среди индейцев навахо у них было своеобразное представление о носе. Один старый навахо сказал мне: «Длинный Плащ, где находится разум?»
Я сказал: «Оно функционирует через мозг».
«Нет, — сказал он, — это нос».
Почему ты так говоришь?
Ну, когда ты хочешь куда-нибудь пойти, разве твой нос не идет первым, а потом ты следуешь за ним? Когда ты подходишь к углу, твой нос поворачивает первым, а потом и ты сам следуешь за ним, и когда ты хочешь узнать, можно ли что-то есть, разве ты не используешь свой нос первым, чтобы определить, пригодно ли оно?
Он был мудрым навахо. Нос действительно говорит о проницательности, и плосконосый священник был тем, кто не мог различать, и Бог сказал, что он не может служить. Боюсь, многие из нас, верующих, плосконосы. Мы увлекаемся почти всем, что, кажется, имеет какое-то библейское основание, и слушаем всевозможные учения, и уделяем мало внимания тщательному изучению Слова Божьего. Люди говорят: «Я хожу куда угодно; я слушаю всё, потому что могу извлечь немного пользы из всего». Если вы так поступаете, вы скоро потеряете всякую способность различать истину, как она есть в Иисусе. Едва ли возможно так натренировать свои пищеварительные способности, чтобы извлекать питание из опилок, но зачем есть это, когда можно есть хорошую, питательную овсянку? И какой смысл гоняться за всевозможными причудами и глупостями, когда вы можете иметь чистое, неискаженное Слово Божье? «И позна́ете истину, и истина сделает вас свободными» (Иоанна 8:32).
Теперь апостол называет одну из причин написания этого письма. «Ибо возвестили мне о вас, братия мои, домашние Хлоины, что у вас раздоры». Прежде всего, заметьте, апостол услышал плохой отзыв об этих коринфянах. Он пишет им об этом и точно указывает, кто принес плохой отзыв. Он не испытывал бы никакого сочувствия к этим анонимным авторам писем, которые пишут: «Дорогой пастор: Возможно, вы не знаете, но в церкви есть женщина, выполняющая очень заметную работу, которая является законченной лицемеркой. Надеюсь, вы позаботитесь о том, чтобы она была наказана. Искренне ваш, Любящий Христа». Апостол никогда не обратил бы внимания на подобное, равно как и не проявил бы сочувствия к человеку, который пришел к нему и сказал: «Брат Павел, мне жаль говорить вам об этом, но есть один из наших братьев – ни за что не говорите, что это я вам сказал – но господин Такой-то, о, брат Павел, это совершенно ужасно – я очень надеюсь, что вы сделаете все, что сможете – но не дайте ему ни малейшего намека на то, что это я вам сказал». Я думаю, Павел строго сказал бы: «Какое у тебя право приходить ко мне и клеветать на брата, если ты не готов открыто поговорить с ним об этом?» И поэтому, когда они прислали Павлу плохой отзыв об этих коринфянах, он написал им об этом и сказал: «Я получил этот отзыв от домашних Хлои». Если бы это было неправдой, домашним Хлои пришлось бы столкнуться с тем фактом, что они были виновны в клевете на коринфян. В данном случае это было правдой, но Павел прямо говорит об этом и сказал: «Ибо возвестили мне о вас, братия мои, домашние Хлоины, что у вас раздоры» – прямо в местной общине Коринфа был раскол. Затем он использует иллюстрацию, чтобы показать, что он имеет в виду. «Каждый из вас говорит: «я Павлов»; «я Аполлосов»; «я Кифин»; «а я Христов»».
«Я Павлов» — Павел, учитель. «Мне нравится настоящее библейское учение, мне не очень-то нужны все эти другие вещи, меня не интересуют евангелизация и увещевания. Мне нравится брат Павел, ибо он питает мою душу — я Павлов». А другой сказал: «Я Аполлосов». Аполлос был красноречивым человеком и сильным в Писаниях. «Мне нравится человек, который может встать и произнести чудесную речь, человек, который может выступить с великим обращением, завершающимся изумительной перoration, которая почти поднимает тебя с места. Это человек для меня. Меня не беспокоят эти сухие учителя Библии, я хочу чего-то, что взволнует мою кровь и всколыхнет мою душу». А затем другие сказали: «Я Кифин. Мне нравятся эти практичные люди, эти увещеватели, Кифа, человек, который снова и снова использовал слова: „Я возбуждаю вас“». А затем другие сказали: «Что ж, у вас могут быть Павел, Аполлос и Кифа, но я Христов. Меня никто другой не интересует. Мне не нужен никакой человек, чтобы учить меня, я Христов, и я не признаю никого из вас остальных. Отойдите, ибо я святее тебя». Вы когда-нибудь видели эту толпу? Они самые тщеславные из всех.
Это были не те имена, которые фактически использовались. В 4:6 мы читаем: «Это, братия, я приложил к себе и Аполлосу ради вас, чтобы вы научились от нас не мудрствовать сверх того, что написано, и чтобы никто из вас не превозносился одним перед другим». Павел говорит: «Видите ли, я просто использовал это образно». На самом деле это были не Павел и Аполлос, а люди в их местной группе, и они говорили: «Что ж, я за этого брата, а я за того», а другой: «Я Христов и не интересуюсь никем из остальных». И поэтому Павел вставил свое имя, а также имена Аполлоса и Кифы, чтобы проиллюстрировать, насколько это было неправильно. А затем он задает вопрос: «Разве Христос разделился?» Неужели только небольшая группа принадлежит Христу? Даже те, кто иногда говорит: «Я Павлов, я Аполлосов, я Кифин», если они истинно обращены, все они Христовы. И поэтому ни одна группа не должна присваивать себе это отличие.
«Разве Павел был распят за вас?» Что он имеет в виду под этим? Я не должен брать ни одного человека и делать его имя главой партии, я должен помнить, что братство, к которому я принадлежу, это братство Того, Кто был распят за меня. Мы многим обязаны Павлу. Я думаю, что после того, как я увижу Господа Иисуса Христа, а также своих отца и мать, следующим, кого я захочу увидеть, будет апостол Павел. Я хочу хорошо поговорить с ним и рассказать ему, как много для меня значили послания, которые он оставил. Но Павел не был распят за меня. Он помог мне лучше понять Того, Кто был распят за меня, и поэтому я ценю его служение.
«Разве вы крестились во имя Павла?» Почему он задает этот вопрос? Единственный, Кого я должен признавать Главой церкви Божьей, — это Тот, во имя Кого я был крещен. Не думайте, как некоторые, что апостол Павел порочил крещение, что он хотел намекнуть, будто крещение — это неважная вещь, которой в конечном итоге не будет места в церкви Божьей. Он признает его чрезвычайно важным, когда основывает на нем свой аргумент. Когда вы стали христианином, во имя Кого вы крестились? Во имя Господа Иисуса Христа. Очень хорошо, тогда вы принадлежите Ему. Признавайте все братство, Главой которого Он является, но не пытайтесь сделать Его имя главой партии и не делайте имена Его слуг главами партий, но признайте, что единственная настоящая Глава — это Христос.
Из-за того, что эти коринфяне так много значили для отдельных людей, Павел говорит: «Я очень благодарен, оглядываясь назад, что лично я во многих случаях не крестил». Он не говорит: «Я благодарен, что вы не были крещены». Они были крещены. Мы читаем: «Многие из коринфян, слушая, уверовали и крестились». Их крещение последовало за их верой. Но он говорит: «Я очень благодарен, поскольку вы так склонны к духу разделения, что так мало из вас могут сказать: „Я был крещен Павлом“. „Благодарю Бога, что я никого из вас не крестил, кроме Криспа [он был начальником синагоги] и Гаия; чтобы никто не сказал, что я крестил во имя мое собственное“». И он добавляет: «Я крестил также дом Стефана». Очевидно, Стефан не был с ними в это время, потому что он был тем, кто служил в другом месте. Мы читаем в последней главе этого послания, стих 17: «Я рад приходу Стефана, Фортуната и Ахаика: ибо то, чего недоставало с вашей стороны, они восполнили». Стефан, по-видимому, был странствующим проповедником. В другом месте Павел говорит нам, что дом Стефана «посвятил себя служению святым» (1 Коринфянам 16:15). Наконец, он сказал: «Кроме того, я не знаю, крестил ли я кого-либо еще».
Теперь он приводит свой заключительный аргумент: «Ибо Христос послал меня не крестить, а благовествовать, не в премудрости слова, чтобы не упразднить креста Христова». Заметьте, он не говорит, что ему не было поручено крестить, но он говорит, что его послали не для того, чтобы делать крещение главным. Его послали проповедовать Евангелие. Как апостол, он выходил и проповедовал, и когда кто-либо верил Евангелию, их крестили. Это противоположно великим церковным системам сегодняшнего дня, а также миссиям Римско-католической церкви. Куда бы ни приходил католицизм, его первой задачей является собрать как можно больше младенцев и крестить их, но апостол говорит, что его послали не для этого, его послали проповедовать Евангелие, и когда они верили этому Евангелию, их крестили.
Есть много правильных и уместных вещей в своей сфере, которые по необходимости занимают много времени проповедника, но не для этого он был отделен как слуга Божий и послан в мир. Он был поставлен Богом проповедовать Евангелие. Так было и с Павлом. Его великое служение заключалось в том, чтобы сделать Христа известным, «не в мудрости слова, чтобы не упразднить креста Христова». Он не полагался на простое человеческое красноречие или риторику, но на силу Святого Духа, дающую ему возможность во всей простоте представить людям распятого, воскресшего, вознесшегося и грядущего Христа, чтобы все сердца были заняты Им и люди были приведены к тому, чтобы возложить на Него свое упование. Это то, что объединяет. Когда Христос представляется сердцам народа Божьего, они собираются вместе, они привлекаются к Нему, они заняты Им, своим славным Главой.
Ибо слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, — сила Божия. Ибо написано: погублю мудрость мудрецов, и разум разумных отвергну. Где мудрец? где книжник? где совопросник века сего? Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие? Ибо когда мир своею мудростью не познал Бога в премудрости Божией, то благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих. Ибо и Иудеи требуют чудес, и Еллины ищут мудрости; а мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие, для самих же призванных, Иудеев и Еллинов, Христа, Божию силу и Божию премудрость. (ст. 18-24)
Великим делом апостола Павла было провозглашение креста. «Ибо слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас, спасаемых, — сила Божия». Почти в каждом слове этого стиха заключен вызов. «Слово о кресте». Слово, переведенное как «проповедь» (в синодальном переводе — «слово»), не является обычным словом для «объявления» или «провозглашения», которое так часто используется в Новом Завете; это «Логос», то, что используется для Самого Христа в Евангелии от Иоанна. «В начале было Слово [Логос], и Слово было у Бога, и Слово было Бог» (Иоанна 1:1). Это обычный термин для устного послания, и апостол здесь противопоставляет слово о кресте слову мудрости из стиха 17. Там он говорит, что его цель — проповедовать крест не мудростью слов, или, возможно, наоборот, чтобы передать точное значение оригинала, не словами мудрости. Когда он представлял крест, учение о кресте, он не хотел скрывать его за красивыми фразами, он не затемнял послание человеческим красноречием, не ослаблял и не разбавлял его никаким образом очаровательной риторикой. Он не желал, чтобы люди слушали его с восхищением и уходили, восклицая: «Какой блестящий проповедник, какой великолепный оратор!» вместо того, чтобы сказать: «Какие мы виновные грешники и как удивительна любовь Бога, пославшего Своего Сына умереть и понести позор креста ради нашего искупления!»
Несколько лет назад один джентльмен, живший в провинциальном городке в Англии, поехал в Лондон и, находясь там, слушал некоторых из великих проповедников того времени. Написав домой своей жене, он сказал: «В прошлое воскресенье утром я пошел послушать доктора Такого-то (он назвал одного из самых красноречивых людей, занимавших лондонскую кафедру в то время), а вечером я пошел в Метрополитен-Табернакль, чтобы послушать Чарльза Сперджена. Оба они произвели на меня большое впечатление. Доктор Бланк, безусловно, великий проповедник, но у мистера Сперджена великий Спаситель». Вы видите разницу?
К сожалению, так легко испортить весть, полагаясь на то, что просто привлекает человеческий разум, и поэтому апостол говорит: «Я стараюсь проповедовать Христа не словами мудрости, то есть мудрости этого мира, чтобы крест Христов не лишился силы». Даже самый отъявленный безбожник может оценить красноречие, ораторское искусство или риторику, верит ли он в провозглашаемую весть или нет, но не такова воля Божия, чтобы Его слуги услаждали слух своих слушателей, но чтобы они боролись с совестью тех, к кому они обращаются. Если я обращаюсь к кому-либо из неспасенных, кто все еще пребывает в своих грехах, позвольте мне искренне напомнить вам, что вы находитесь в крайне опасном положении. Одно мгновение может навсегда запечатать вашу участь. Если бы хрупкая нить вашей жизни оборвалась, и вы были бы введены в вечность без Христа, как безнадежно было бы ваше состояние! Как глупо тогда, как нечестиво было бы с нашей стороны, если бы мы просто развлекали вас, когда мы знаем, как однажды сказал Арчибальд Браун: «Между вашими душами и адом — лишь толщина ваших ребер». Как виновны мы были бы перед Богом, если бы мы искали восхищения и похвалы наших слушателей вместо того, чтобы стараться привести их лицом к лицу с их грехами перед Богом и стремиться побудить их бежать к кресту за убежищем.
Именно это захватило апостола Павла. Он знал, что люди погибли без Христа, что для них не было надежды, кроме как через крест, и поэтому он сказал: «Я не хочу ничего, что скрывало бы крест. Я не хочу украшать крест цветами, лентами и мишурой, и заставлять людей терять из виду то, чем он на самом деле является: провозглашением полной порочности человека и проявлением безграничной любви Бога. Это проповедь креста, слово креста, в противоположность слову мудрости. „Ибо слово о кресте для погибающих юродство есть“».
Что мы имеем в виду, когда говорим о кресте? Иногда я задаюсь вопросом, имеем ли мы в наши дни хоть какое-то представление о том, что означал крест, когда Павел писал эти слова. Цицерон говорит: «Крест – он говорит о том, что настолько позорно, настолько ужасно, что его никогда не следует упоминать в приличном обществе», и все же вы находите Павла восклицающим: «А я не желаю хвалиться, разве только крестом Господа нашего Иисуса Христа, которым для меня мир распят, и я для мира» (Галатам 6:14). Крест означал нечто гораздо худшее, чем сегодня означают виселица или электрический стул, потому что он объявлял, что тот, кто висел там, был виновен в самых гнусных, самых ужасных преступлениях и был совершенно непригоден для жизни, что он был отвергнут человеком и проклят Богом. И этот крест нес нашего Господа Иисуса Христа! Что это значит? Это означает, что сердце человека было настолько порочным, настолько греховным, что не было другого пути, которым он мог бы быть спасен, кроме как через Вечного Сына Божьего, ставшего Человеком и претерпевшего самую позорную смерть для его искупления. Но это также означает, что самым полным образом сердце человека было полностью разоблачено, ибо когда Бог послал Своего Сына, человек воскликнул: «Прочь с Ним! Распни Его, распни Его!» Там, у креста, человек явил худшее из своей природы, но Бог явил бесконечную любовь Своего сердца. Петр сказал людям своего времени: «Сего, по определенному совету и предведению Божию преданного, вы взяли и руками беззаконных пригвоздили и убили» (Деяния 2:23). Если вы хотите узнать, насколько вы порочны по природе, если вы хотите понять ужас грехов, на которые способно ваше сердце, встаньте с верой перед этим крестом и снова созерцайте святого, непорочного Сына Божьего, висящего на этом древе, страдающего невыразимой мукой, само выражение отношения человека к Богу, слово креста.
Не просто физические страдания, которые люди причинили Иисусу, совершили искупление греха, ибо мы читаем: «Когда же душа Его принесет жертву умилостивления, Он узрит потомство долговечное, и воля Господня благоуспешно будет исполняться рукою Его» (Исаия 53:10). Бог сделал Его великой жертвой за грех. И потому слово креста – это история безграничной любви Бога к виновным людям. Праведность требовала, чтобы грех был наказан, и там, на кресте, он был наказан в полной мере в Лице нашего благословенного Заместителя. И теперь слово креста распространяется по всему миру, и поскольку человек в конечном итоге будет судим по его отношению к этому кресту, «слово о кресте для погибающих юродство есть».
Мне жаль, что они перевели это слово «погибнуть», ибо это может сбить нас с толку. Некоторые могут подумать, что однажды, если вы отвергнете крест и Того, кто умер там, вы окажетесь в опасности погибнуть, но это не то, что он говорит. Это нечто гораздо более серьёзное, нечто, что должно гораздо сильнее повлиять на вас, если вы не спасены. Что он на самом деле говорит, это: «[Слово] о кресте для погибающих есть безумие». Погибающие! «Если же и закрыто благовествование наше, оно закрыто для погибающих» (2 Коринфянам 4:3). Вы понимаете всю серьёзность этого? Не в опасности погибнуть со временем, не то, что вы погибнете, если в конце концов будете упорствовать в отвержении Христа и умрёте в своих грехах. Это ужасная правда, но это серьёзнее того. Они погибли. Если Христос того креста ещё не ваш Спаситель, вы погибли. Если вы встанете и уйдёте не спасённым, вы уйдёте погибшим и пойдёте по улице погибшим; если вы сядете в свою машину и уедете, вы уедете погибшим мужчиной или погибшей женщиной, и если произойдёт авария, и вы внезапно будете введены в вечность, вы войдёте в вечность погибшим, чтобы быть погибшим навсегда. Люди не думают об этих вещах, они не смотрят этим вещам в лицо такими, какие они есть. Если крест пока ещё ничего не значит для вас, вы погибли. «Проповедь о кресте для погибающих есть безумие». «О, — говорят они, — я совсем этого не понимаю. Сама мысль о том, что человек, каким бы хорошим он ни был, мог быть пригвождён ко кресту и там совершить искупление моих грехов, глупа, отвратительна для меня». Очень хорошо, «если же и закрыто благовествование наше, оно закрыто для погибающих». Вот почему вы не понимаете; это потому, что вы погибли. В каком ужасном состоянии находиться!
Затем взгляните на другую сторону. «А для нас, спасаемых, это сила Божия». «Нас, спасаемых». О ком он говорит? Он говорит о людях, которые когда-то были потеряны, но теперь спасены. Но кто-то говорит: «Я этого не понимаю. Вы имеете в виду, что они находятся в процессе спасения, ибо, конечно, никто не может быть уверен в своем окончательном спасении до дня суда, когда наконец он предстанет перед Богом, и вопрос будет там окончательно решен». Не этому учит Книга, дорогой друг. Она рассматривает людей уже потерянных и людей уже спасенных. «Ибо благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар: не от дел, чтобы никто не хвалился» (Ефесянам 2:8-9).
Одна старая шотландка была очень набожной, всю свою жизнь ходила в церковь и всегда надеялась, что в конце концов получит благодать перед смертью и будет готова к небесам. Однажды она пошла на собрание, где проповедовали два усердных служителя Божьих, и когда она вернулась домой, ей сказали: «Ну, бабушка, как тебе проповедники?» «Ну, — сказала она, — я их не поняла. Первый человек встал и говорил с людьми, которые, по его словам, уже были спасены, с такими хорошими людьми, что я и не знала, что в нашем городе есть такие. А потом встал другой человек и проповедовал таким нечестивым людям, что, по его словам, они были потеряны и шли в ад. Но для меня не было ни единого слова». Она не была потеряна и не была спасена, по ее собственной оценке. Но есть только два класса: «Те, кто [потерян]» и «мы, кто спасен», — те, кто возложил свое упование на Господа Иисуса Христа, те, кто предстал перед Богом со своими грехами и увидел в кресте, в деле креста, то, что удовлетворило Бога, и то, в чем их сердца могут найти покой. Они спасены прямо здесь и сейчас.
Обращаюсь ли я к кому-либо, кто сомневался в этом? Возможно, вы член церкви, возможно, вы исповедуете себя христианином, и все же часто сомневались, действительно ли вы спасены. Предположим, что вы никогда не были спасены (вам лучше не исключать этого), не займете ли вы прямо сейчас свое место перед Богом как бедный, заблудший грешник и не вознесете ли свой взор с верой к Тому, кто умер на том кресте, и не скажете ли Ему, что вы тот грешник, за которого Он страдал, и что вы собираетесь упокоиться в Нем?
Много лет назад у моего отца был старый друг, который был частым гостем в нашем доме, когда я был мальчиком. Однажды, после того как он был спасен уже много лет, кто-то сказал ему: «Мистер Росс, вы когда-нибудь сомневаетесь в том, что вы спасены? Приходило ли вам когда-нибудь в голову, что вы совершили ошибку и на самом деле не спасены?» Он сказал: «Странно, что вы задаете мне этот вопрос, потому что, знаете ли, вчера вечером, когда я шел на собрание, где должен был проповедовать Евангелие, мне вдруг пришло в голову, словно голос сказал: „Дональд Росс, какой же ты старый лицемер! Ты вообще никогда не был спасен“, и я едва мог понять, был ли это голос Дьявола или, возможно, голос Господа. Я сказал: „Человек, неужели это правда? После многих лет проповеди Христа другим, неужели это правда, что я никогда не был спасен?“ И затем я сказал: „Что ж, Господь, если все это правда, что я только что думал, что спасен, я так благодарен, что Иисус умер за лицемеров, и я прихожу к Нему сейчас таким, какой я есть“».
Таким, как я есть! без единой мольбы, Лишь то, что Кровь Твоя пролита за меня, И что Ты зовешь меня к Себе, О Агнец Божий! Я иду!
Этот дорогой старый святой сказал, что в одно мгновение пелена спала, и он понял, что слушал голос Дьявола, а не Бога.
Если вы не уверены, позвольте мне умолять вас, закройте ваши глаза и уши для всего остального прямо сейчас и вознесите ваше сердце к Богу и доверьтесь Тому, Кто умер на кресте за вас, доверьтесь Ему как вашему Спасителю, «Итак, да будет известно вам, мужи братия, что ради Него возвещается вам прощение грехов» (Деяния 13:38).
Итак, для нас, спасаемых, слово о кресте есть сила Божия. То есть, нет человеческой энергии, которая обращает людей, мы не можем обратить их никакой своей способностью. Кто-то сказал мне недавно: «Вы знаете доктора Такого-то, ну, он великий человек Божий. Он обратил меня десять лет назад». Я знаю, что он имел в виду, что этот дорогой слуга Божий представил Евангелие, в которое он верил. Но не слуги Христа совершают обращение. Мы не можем спасать людей, мы не можем дать людям мир с Богом; это слово о кресте есть сила Божия. Вот бедная, встревоженная, беспокойная душа, не знающая, что делать и куда идти; внезапно Дух Божий представляет крест, тот факт, что Христос на кресте умер за наши грехи согласно Писаниям, и вера вспыхивает в сердце, и душа говорит: «Слава Богу, Он умер за меня!» В одно мгновение эта душа переходит от смерти к жизни. Слово о кресте есть сила Божия. Иногда нам приходится проповедовать о многих других вещах, но в некотором смысле я жалею времени, которое приходится уделять другим темам, когда я думаю о людях, которые могли бы сидеть передо мной и которые не видели истины, как она есть во Христе Иисусе. Как всё это пишет «безумие» над всем, что относится к естественному разуму, ибо апостол, ссылаясь на Исаию, говорит: «Написано: „Погублю мудрость мудрецов, и разум разумных отвергну“».
Люди гордятся своими философиями, своими мыслительными способностями, но никакая философия в мире никогда бы не додумалась до необходимости креста и не предположила бы, что только через смерть Христа грешники могли быть спасены. «Где мудрец? где книжник?» — то есть рассуждающие, ибо рассуждения ничего не стоят в свете креста. «Где совопросник века сего?» Когда он упоминает книжника, он, естественно, имеет в виду иудеев, мудрецов в Израиле, которые пытались выработать путь спасения через системы и ритуалы, но апостол отбрасывает их в сторону. Что он знает о слове креста? А затем совопросник, греческий философ, гордящийся своей ученостью, исследующий все различные науки и системы мысли своего времени. Но ни один из них никогда бы не помыслил о Христе, умирающем на кресте, как о средстве спасения для грешников. Итак, он сказал: «Где совопросник века сего? Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие?» Простая мудрость никогда бы не проникла в тайну креста. Примечателен тот факт, что наше английское слово «world» здесь используется для обозначения двух греческих слов. Его можно было бы перевести как,
«Где спорщик века сего? Не обратил ли Бог мудрость мира сего в безумие?» В первом случае это aion, «век», а во втором случае это kosmos, эта «упорядоченная вселенная», в которой мы живем. Все направление века противоречит слову креста. Мудрость века сего никогда бы не подумала, что только смертью Сына Божьего на кресте могло быть совершено спасение, и что касается этой упорядоченной вселенной, то, чем люди гордятся, есть лишь безумие в глазах Бога. «Сидящий на небесах посмеется: Господь поругается над ними» (Псалмы 2:4).
Вполне мог бы смеяться всемогущий Бог (я говорю это без кощунства), когда Он слышит бредни этих безбожных профессоров в наших университетах, пытающихся объяснить тайну вселенной, когда они измеряют всё своими маленькими мерками, углубляясь в вещи, совершенно непостижимые для человеческого разума, намеренно отворачиваясь от откровения, которое сделало бы всё ясным.
«Ибо после того, как в премудрости Божией» — Бог позволил человеку нащупывать и нащупывать, и делать все возможное, чтобы разгадать эти сокрытые тайны, чтобы наконец прийти к своему пределу — «мир мудростью не познал Бога, благоугодно было Богу юродством проповеди спасти верующих». Что такое проповедь? Это простое провозглашение, и благоугодно было Богу тем, что кажется человеку безумием, простотой объявления, спасти верующих. Я встаю во имя Бога небес и заявляю, что «Христос умер за грехи наши, по Писанию, и что Он был погребен, и что воскрес в третий день, по Писанию» (1 Коринфянам 15:3-4). Мир говорит: «Безумие! Ты не смог бы доказать это, если бы тебе пришлось». Нет, не смог бы; но я повторяю объявление: «Христос умер за грехи наши, по Писанию, и что Он был погребен, и что воскрес в третий день, по Писанию». И всякий раз, когда человек достаточно смирен и кроток, чтобы поверить объявлению, он спасается. «Благоугодно было Богу [простотой объявления] спасти верующих. Ибо Иудеи требуют знамений». Они говорят: «Дай нам какое-нибудь доказательство, что это правда; сотвори какое-нибудь чудо». Некоторые говорят: «Если бы ты мог творить чудеса сегодня, разве это не было бы чудесно?» Я не знаю, было бы ли. Если бы у меня была апостольская сила, и я мог бы пройти по аудитории и возложить руки на какого-нибудь бедного калеку, и он вскочил бы на ноги здоровым и целым, я полагаю, что мог бы заполнить здание, и к нам приходили бы всевозможные калеки, но я никогда не слышал, чтобы что-либо подобное заставляло бедных грешников пробудиться и обратиться ко Христу. Даже когда апостолы могли делать эти вещи, люди нападали на них и пытались убить их, как в случае с Павлом в Листре.
Спасает проповедь креста. Это то, в чем нуждаются виновные грешники. «Иудеи требуют знамений, и Еллины ищут мудрости; а мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие». Кто-то говорит: «Но Павел, если ты знаешь, что это соблазн и безумие, почему бы тебе не преподнести это своей аудитории таким образом, чтобы избавиться от этих элементов?» И Павел ответил бы: «Потому что если я сделаю это привлекательным для естественного человека, это не будет средством спасения для грешников». «Мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие». Это включает в себя работу Духа Божия. Он должен приготовить сердце. Это действенный призыв.
Существует общий призыв, обращенный ко всем людям, существует действенный призыв, когда Дух Божий доносит истину до сердца, и человек осознает, что Бог влечет его сердце, чтобы привлечь его ко Христу. «Для самих же призванных, Иудеев и Еллинов, Христа, Божию силу и Божию премудрость». Это была апостольская весть. «В Котором сокрыты все сокровища премудрости и ведения» (Колоссянам 2:3). Эта весть по-прежнему обладает той же силой, что и прежде. Дай нам Бог проповедовать ее в уповании на Святого Духа.
Потому что немудрое Божие премудрее человеков, и немощное Божие сильнее человеков. Посмотрите, братия, кто вы, призванные: не много из вас мудрых по плоти, не много сильных, не много благородных; но Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное; и незнатное мира и уничиженное и ничего не значащее избрал Бог, чтобы упразднить значащее, — для того, чтобы никакая плоть не хвалилась пред Ним. От Него и вы во Христе Иисусе, Который сделался для нас премудростью от Бога, праведностью и освящением и искуплением, чтобы было, как написано: хвалящийся да хвалится Господом. (ст. 25-31)
Безумие Божье! Какое поразительное выражение! Я помню, как однажды мой друг, очень верный проповедник, разместил на большом рекламном щите в одном канадском городе объявление о том, что он будет проповедовать на эти слова. Его почти сразу вызвали к магистрату и спросили, не знает ли он, что в Онтарио существует закон против богохульства. Ему пришлось объяснить, что заявленная тема была просто цитатой из Священного Писания. Это выражение, конечно, подобно стиху 21: «безумие проповеди», и, комментируя предыдущий отрывок, мы предположили, что его можно было бы перевести как «простота проповеди», и таким образом здесь мы узнаем, что простота Божья мудрее людей. То есть программа Евангелия, которая кажется такой простой мудрым по-мирски, в конечном итоге является источником всякой мудрости, гораздо мудрее всех человеческих философий.
Затем нам сказано, что слабость Бога сильнее человека. Слабость Бога относится к кресту. Христос был распят по слабости. Он, Всемогущий, избрал в безграничной благодати занять место беспомощного узника в руках Своих врагов. В любой момент Он мог бы уничтожить их Своей силой, или, если бы Он всё ещё оставался на месте слабости, Он мог бы помолиться о помощи свыше, и двенадцать легионов ангелов были бы посланы, чтобы спасти Его. Но Он не сделал ни того, ни другого. Он смирил Себя до смерти, и смерть эту для уничтожения того, кто до того времени имел власть смерти, то есть, Дьявола.
Призвание верующего очень эффективно раскрывается в стихах 26-29. При формировании членов тела Христова Богу не угодно было избирать многих из числа мудрых, сильных, знатных или великих людей этого мира. Леди Хантингтон, подруга Уитфилда и Уэсли, которая принимала столь активное участие в великом движении пробуждения тех чудесных дней, говорила, что она попадет на небеса только благодаря букве «м». Когда кто-то спросил ее, что она имела в виду, она ответила, что очень благодарна за то, что Писание не говорит: «не призваны *никакие* знатные», но «не *многие* знатные». Поэтому она попала туда благодаря «м». Если бы Бог избрал тех, кого мир восхищает как столпов Своей церкви, это в значительной степени разрушило бы именно то, что Он имел в виду. Его желанием было явить результаты Своей благодати. Он действует не с тем, что находит, а с тем, что приносит. Он радуется, когда берет тех, на кого мир смотрит свысока, и делает их преданными святыми и верными слугами, которые будут к хвале Его славы во все грядущие века. Так мы читаем, что «Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых». Он, по Своей суверенной благодати, избрал «немощное мира, чтобы посрамить сильное», низкое, презренное избрал Бог, и ничтожное, чтобы упразднить существующее.
Оглянитесь на историю Христианской церкви. Какие чудесные истории она рассказывает о благодати, нисходящей к самым низким, самым бедным, самым незначительным, приводящей их к покаянию, созидающей веру в их душах словом истины Евангелия, возрождающей их, оправдывающей их от всего, освящающей их Святым Духом и Словом, а затем посылающей их как послов Христа, чтобы перевернуть мир проповедью простоты вести креста. Ранние последователи Господа Иисуса Христа были, за очень немногими исключениями, людьми из низших слоев общества: рыбаки, сборщики налогов, галилейские крестьяне! Иуда был единственным «господином» во всей апостольской группе. Он был из Иудеи, казначеем небольшой общины, и он стал предателем. Но Бог наполнил этих людей из обычных слоев общества силой Своего Святого Духа и через них привёл тысячи других к спасительному познанию Своего Сына. Савл из Тарса сам ярко выделяется на этом фоне, и тот, кто, спасённый или нет, занял бы какое-то великое место среди людей того времени, но именно он пишет слова, которые мы рассматривали, и он причислял себя к ничтожным вещам и к тому, чего нет, и благодарил Бога за то, что ему было дано быть использованным Богом, чтобы обратить в ничто то, что есть.
Причина всего этого ясно видна в двадцать девятом стихе в лаконичном утверждении: «дабы никакая плоть не хвалилась пред Ним». Если бы Бог избрал богатых и сильных, это дало бы плоти большое место, по крайней мере, в глазах людей, но, избрав немощное, Он имел большую возможность явить Свою собственную силу. Сами по себе они ничего не могли совершить; через Него они действовали доблестно. Поэтому вся слава принадлежит не им, а Ему. Он сказал: «Славы Моей не отдам иному» (Исаия 42:8).
Как нам нужно снова и снова напоминать себе об этом сегодня. Мне всегда казалось, что так много приторной сентиментальности связано с так называемыми религиозными лидерами, даже в исповедующей церкви Христа. Когда учителей и проповедников представляют аудитории, считается правильным, уместным превозносить их до небес, пространно рассуждать об их блеске, учёности и замечательной личности, так что я сам часто чувствовал себя огорчённым, шокированным и глубоко пристыженным, слушая такие похвалы. Невозможно представить, чтобы апостол Пётр так представлял своего возлюбленного брата Павла, и мы не можем представить, чтобы Павел таким образом представлял своих соработников, Епафродита, Тита или Тимофея тем, кому они должны были проповедовать. Он действительно говорит о них всех самые добрые слова, ибо он искренне любил их и был благодарен Богу за всё доброе, что видел в них; но когда он говорит о них, он не останавливается на их способностях, личности, обаянии или чудесных дарах, а скорее на их преданности Христу в страданиях ради Его имени. Конечно, во всём этом есть урок для нас. Если мы воздаём человеку славу, которая принадлежит одному лишь Богу, мы можем быть уверены, что навлечём на себя божественное недовольство.
Давайте теперь рассмотрим чудесный тридцатый стих, и, цитируя его, позвольте мне внести небольшое изменение в текст нашей великолепной Библии короля Иакова, изменение, которое, я верю, любой ученый признает оправданным оригинальным текстом и которое более ярко раскрывает истинную правду, которую апостол хочет изложить: «Но от Него вы во Христе Иисусе, Который сделался для нас от Бога премудростью: а именно праведностью, и освящением, и искуплением». То есть, Павел не говорит нам, что Христос сделался для верующего четырьмя вещами, но скорее одной, и из этой одной проистекают три другие. Христос сделался для нас премудростью. Он Сам есть премудрость Божия. «В Котором, — сказано нам в Колоссянам 2:3, — сокрыты все сокровища премудрости и ведения». Люди часто говорят о «проблеме Иисуса», о «проблеме Христа». Нет никакой проблемы Христа. Христос — не проблема: это Он объясняет каждую проблему. Послушайте ту бедную, грешную самарянку у колодца. У нее было много вопросов, над которыми она ломала голову годами. Когда она беседовала с Господом Иисусом, у нее, очевидно, росло убеждение, что перед ней Тот, чья мудрость была сверхчеловеческой. Робко, но все же с надеждой, я уверен, она воскликнула: «Я знаю, что Мессия придет, Который называется Христом» (Иоанна 4:25). Без сомнения, мысль в ее уме была такой: «О, если бы я только могла увидеть Его. Если бы Он мог прийти в мои дни, я бы пошла к Нему со всеми своими заботами, со всеми своими проблемами и недоумениями, и Он все объяснил бы». Иисус, глядя на нее Своими чудесными глазами (они уже проникли в самые глубины ее души), ответил: «Я, Который говорю с тобою, Он» (ст. 26). Пораженная, она снова посмотрела на Него, упивалась Его чудесным лицом, пока не убедилась абсолютно, что слова, которые Он произнес, были истинными. Можно было бы ожидать потока вопросов, но нет — она нашла Мессию. Каждая проблема была решена, когда она узнала Его, и она пошла в город, чтобы позвать других встретиться с Ним тоже. И поэтому я снова говорю: нет проблемы Христа, но Христос — ключ к каждой проблеме. Знать Его — значит обладать всем знанием, которое действительно стоит того. И мы, спасенные, находимся в Нем. Это замечательное выражение, которое Павел использует снова и снова: «во Христе Иисусе». Оно говорит о нашем новом положении перед Богом. Оно говорит о тесном союзе, который существует между воскресшим Господом и всеми Его собственными. В Нем нет осуждения. В Нем мы приняты во всем Его собственном благословенном совершенстве. И Бог сделал Его для нас премудростью. Все, что нам нужно для избавления наших душ, находится в познании Христа. Наша праведность, наше освящение, наше искупление — все это находится в Нем.
Хорошо, если мы остановимся на каждом из этих слов в отдельности и ясно поймем их точное значение. Праведность. У нас не было своей собственной. «нет праведного ни одного» (Римлянам 3:10). Все, что мы считали таковым, мы узнали, что это лишь как запачканные лохмотья в глазах бесконечно святого Бога. Но Он явил Христа, воскресшего Христа, Который однажды понес наши грехи в Своем собственном теле на древе, как выражение праведности Божьей. Мы сделаны праведностью Божьей в Нем. «Вот имя Его, которым будут называть Его: ГОСПОДЬ — ПРАВЕДНОСТЬ НАША» (Иеремия 23:6), и так мы стоим перед Богом в совершенной, неоспоримой праведности, полной во Христе.
Освящение. Независимо от того, рассматриваем ли мы освящение как практическое или позиционное, тем не менее, все это находится в Нем. Быть освященным значит быть отделенным. Для нас это, конечно, означает быть отделенным для Бога во Христе во всем совершенстве Его завершенного труда. Это наше позиционное освящение. Но это также означает быть отделенным от греха, скверны, нечистоты и тления, которые преобладают в этом мире, как и молился наш Господь: «Освяти их истиною Твоею; слово Твое есть истина» (Иоанна 17:17). Именно когда наши сердца будут заняты Христом, мы познаем реальность этого.
Искупление. Мы, продавшие себя за ничто, были искуплены без денег. «Искуплены [не] тленным серебром или золотом,... но драгоценною Кровию Христа» (1 Петра 1:18-19). Он отдал Себя за нас. Его жизнь – цена нашего искупления, жизнь, отданная на смерть, чтобы мы были избавлены от страха смерти и вошли в жизнь вечную. У нас есть всё в Иисусе, и Иисус – всё.
И поэтому нам нечем хвалиться, но, «Как написано: Хвалящийся хвались Господом». Подобно Давиду, каждый из нас может воскликнуть: «Душа моя будет хвалиться Господом». Джон Аллен, обращенный моряк (или путевой рабочий, как сказали бы в Америке), один из первых офицеров Армии спасения, воскликнул, умирая: «Я заслуживаю быть проклятым; я заслуживаю быть в аду; но Бог вмешался!» Да, и так может сказать каждый искупленный. Грех был наш, непослушание было наше, проклятие, гнев, суд — всё это было нашим уделом. Святость Его, совершенное послушание до смерти Его. Он стал проклятием за нас, Он испил чашу гнева, Он понес суд. Таким образом, Он стал воистину нашей праведностью, освящением и искуплением, и Ему принадлежит вся слава ныне и во веки веков.